И Михалыч гундит о том же:"
"– Макс, только не расстраивайся… Но ты уверен, что тебе стоит туда ехать? Состав участников сильный… Шансов у тебя против них никаких, только родителей в очередной раз разоришь. Все ведь за свои деньги – и дорога, и гостиница, и вступительный взнос… Думаешь, легко твоим папе с мамой такие деньги выкладывать?
– Предлагаете сняться с турнира? – прищурился Макс.
– Ну, я не имел в виду, что именно с этого сниматься… – забормотал тренер. – Я о другом говорю. Может, тебе и правда сменить, так сказать, поле деятельности…
Сестра Машка сейчас бы сказала: « По обилию вводных слов понятно, что положение серьезное ».
Но Макс решил не выпендриваться и просто спросил:
– Хотите сдаться?
– Сдаться?! – психанул тренер. – Да я с тобой уже пятый год вожусь! Без выходных, без каникул! А где отдача?! Ни разу ведь дальше второго круга не прошел! В прошлом году в Староивановске первый же матч проиграл! Это, что ли, результат?!
– Но, Виктор Михалыч… Вы же со мной вчера в полную силу рубились! И слили 6:2, 6:3, не помните, что ли? А ведь сами на уровне МСМК [7] играете!.
.
– Да хоть бы и Агасси тебе слил, толку-то что?! Мы с тобой играли вдвоем. Понимаешь, ВДВОЕМ! Без свидетелей, без протокола! А на соревнованиях… Ну-ка напомни, как тебя называют?!
Макс Первый Круг. В смысле, что в первом же круге он всегда вылетает. Такая вот позорная кличка.
– Я выиграю, Виктор Михайлович. Выиграю этот турнир.
– Не смеши ты мои шнурки. На него Лялин заявился. И Чепиков. И братья Лугачевы. Напомнить, какой у тебя с ними счет личных встреч?
А что тут вспоминать.
С Лугачевыми он пока не играл, но Лялину, восходящей звезде, пять раз сливал. И Чепикову, разгильдяю и балаболу, – три.
– Будь у тебя хотя бы спонсор!.. – продолжал давить тренер. – А то горбатишься с тобой за копейки…
И тоже правда. Спонсор – он ведь не только ракетки или форму предоставляет, но и денег дает, в том числе тренеру. А так – Михалыч добросовестно тренирует, ездит на все турниры, но получает лишь символическую зарплату.
И живут они с Максом, из экономии, в одном двухместном номере, причем выбирают самую дешевую гостиницу. И обедают в самых гадких столовых.
– Да все у меня еще будет! И спонсоры, и победы.
– Опять двадцать пять… Когда? Когда будет-то?! Тебе шестнадцать, а ты до сих пор в неудачниках ходишь. Роддик в твои годы уже в первую сотню входил!
– Я тоже войду! Даже в десятку. Только чуть позже.
Но Михалыч лишь рукой махнул. И произнес:
– Мне ж не себя – тебя жаль.
