Колени подогнулись, и Химера подхватил меня, осторожно, своими когтистыми руками. Машинально, наверное. Я увидела на миг глазами Ричарда гиенолака, рычащего ему в лицо, ощутила, как рвут грудь когти. Боль была страшная, треск костей, потом онемение, и Ричард не сопротивлялся ему. Он поддался онемению, разливавшемуся по телу. Я в тот же миг поняла, что Ричард хочет умереть, точнее, не хочет жить таким, как он есть. Боль заставила его потянуться ко мне, но руки его были слишком медленны, чтобы защититься. Он ни за что не признался бы, что дал себе умереть, но он хотел этого и потому слишком медленно двигался.
Настолько медленно, что гиена вспорола ему грудь как дыню.
Шанг-Да уже оттаскивал от него гиену, а потом я снова оказалась в собственном теле и летела по воздуху, отброшенная за занавес в нишу. Занавес смягчил удар о стену, и остатки оцепенения Ричарда расслабили мое тело, так что больно не было. Я секунду полежала в складке занавеса. Моя рука мазнула за ним — и нащупала металл. Приподняв край занавеса, я увидела, что ниша набита оружием.
Я нашла мечи. Химера швырнул меня на них, а шок от раны Ричарда загасил ardeur. Рука моя сомкнулась на ноже, который был длиннее моего локтя. Я поднесла его к свету и увидела, что он серебряный. Ardeur покинул меня без кормежки, а я вооружена. Жизнь хороша."
"Потом я услышала звук вонзающихся в плоть когтей или клинков, рвущий звук чего-то острого, врезающегося в мясо. Если часто слышишь этот звук, научаешься его узнавать.
Отсюда мне были видны висящие люди, и их никто не трогал.
У меня свело судорогой живот, потому что я поняла, где сейчас Химера, я только не знала, кого из моих он полосует.
Отбросив занавес, я начала вставать, и тут передо мной оказался Абута. Я дернула рукой, держащей занавес, махнула им на Абуту, и тот поступил, как поступил бы любой на его месте: он вздрогнул, и я вогнала серебряный клинок ему в живот, вверх, целя в сердце.
Абута завопил, потянулся руками туда, где Химера терзал моих людей, и выкрикнул что-то на языке, которого я не знала.
Пока его тело падало, я дергала клинок, целя в это проклятое сердце, но лезвие застряло между ребрами, и оно было шире моих обычных ножей. Оно не пошло туда, куда я его направляло. Я увидела мелькнувший золотистый мех, и Химера ударил меня тыльной стороной ладони. Я отлетела на висящих людей, ударилась сильно, и они вскрикнули, а я оказалась на земле, пытаясь снова дышать. Его рука попала мне по плечу, и оно онемело.
