Как только вырастает мех, оборотень перестает быть для меня объектом секса.
— А где тот тип, которого ты выбросил в дверь? — спросила я.
— Удрал.
— Я никого не слышу в гостиной, — сказал Мерль.
— Они все вышли через входную дверь, — отозвался Зейн. — Кажется, в комнате чисто.
Они с Черри все также лежали под столом, припав к полу.
— Я проверю, — сказал Мика.
— У них были серебряные пули, — сообщила я. — Я бы не стала геройствовать.
Он кивнул. Голова его была почти вся леопардовой, кроме шартрезовых глаз.
В образе человека они придавали ему странный, чужой вид, но в этом мохнатом и мускулистом теле именно они и сообщали, что это Мика. Только цвет был сочнее. В окружении черной шерсти глаза поражали еще сильнее.
Он помедлил в дверях, потом пробрался сквозь них, пригнувшись, уменьшая площадь мишени. Редко увидишь, как ликантроп пользуется укрытием. В основном они считают себя неуязвимыми, что обычно бывает верно, но не сегодня. Игорь лежал на полу неподвижно, а плечо Клодии было грудой мяса.
Она обмякла, привалясь к ящикам. Левая рука сжимала пистолет по-прежнему, но лежала на полу неподвижно, будто ненужная.
Когда я посмотрела на нее, пистолет был направлен куда-то в сторону раздвижной двери. Рука дрожала достаточно, чтобы я занервничала, стоя над ней, но она боролась с дрожью, чтобы никак не навести в контур моего тела. Правая сторона у нее пропиталась кровью, и глаза смотрели, не видя. Очевидно, только чистое упрямство не давало ей потерять сознание.
Я перевела взгляд на Игоря, на тела, наваленные в двери.
Если Игорь и дышал, я этого не видела.
— Натэниел, проверь у него пульс.
Натэниел посмотрел на Игоря, секунду смотрел мне в глаза, потом повернулся снова к двери.
— Я бы услышал его сердце, если бы оно билось. Услышал бы кровь, если бы она еще текла по жилам. Я ничего не слышу.
Все это он произнес, не глядя на меня. От чего мне стало еще неспокойнее.
В дальней двери появился Мика.
— Там никого живого.
Он переступил через кучу тел в дверях, и даже это движение было ловким, скользящим, средним между движением человека и леопарда.
И мне предстоит стать леопардом в ближайшее полнолуние? А вот это черное и грациозное, эта мускулистая тень — это и было у меня внутри?
Я выбросила вопрос из головы: есть более срочные проблемы. Раненые, например. Надо сосредоточиться на текущих вопросах и попытаться отодвинуть все прочие мысли.
Я приложила пальцы к шее Клодии, пытаясь нащупать пульс. Она повела плечом, закрываясь.
