— Ты только что пережила с ними такую близость, какой большинство людей никогда не узнает ни с кем. Они преподнесли нам величайший дар сегодня, и они не проститутки, Анита. — Настоящее имя. Плохо мое дело. — Они — pomme de sang. Считай их возлюбленными.
Я нахмурилась.
— Сегодня общее удовольствие было достаточным вознаграждением, но тебе придется кормить свой ardeur каждый день, а может быть, больше одного раза в день в течение ближайших недель.
— Что ты говоришь? — спросила я.
— Я говорю, что лучше всего тебе выбрать pomme de sang и держать его при себе, потому что ты еще точно не знаешь, на что похож твой голод.
Он может оказаться чем-то легким и просто утоляемым, а может, и нет.
— То есть ты говоришь, что мне это нужно будет каждый день?
— Да.
— Блин!
Он покачал головой:
— Ma petite, что тут такого страшного? Неужто удовольствие, которое ты получила, настолько незначительно?
— Не в этом дело. Это было великолепно, и ты сам знаешь. Но мы никогда не сможем этого повторить — без Белль Морт, а я не мечтаю о ее повторном визите.
— Как и я. Но есть многое, что можно делать, чтобы кормиться, и когда ты до некоторой степени овладеешь собой, я научу тебя питаться на расстоянии.
— Когда?
— Через несколько недель."
"— А, черт! — И я отвернулась к зеркалу, чтобы не видеть Жан-Клода. — Как мне выбрать pomme de sang?
— Я думал, ты уже выбрала, — сказал он.
Я обернулась:
— Ты имеешь в виду Натэниела?
Он кивнул.
— Нет, я... я себе не доверяю. Я могу потерять самообладание, и... ты меня понимаешь.
— Он приятен для глаз, и он к тебе неравнодушен. Что тут плохого?
— Да то, что это будет как совращение малолетних. Он не может сказать «нет». А если тебе не могут сказать «нет», то это все равно что изнасилование.
— Мне кажется, ты не желаешь признать, ma petite, что Натэниел точно знает, чего он хочет, а хочет он тебя.
— Он хочет, чтобы я была над ним доминантом во всех смыслах этого слова.
— Всегда хорошо, если pomme de sang желает тебе подчиниться.
Я покачала головой.
— Тогда с кем же ты готова пойти на риск, что тебя занесет? С твоим Нимир-Раджем?
Что-то такое на этот раз послышалось в его голосе.
— Ты ревнуешь?
— Этот Нимир-Радж — не pomme de sang, не любовница, не десерт, как бы ни был восхитителен. Он — антре, главное блюдо, а я хотел бы быть единственным антре на твоем столе.
— Ты делил меня с Ричардом, и он уж точно не десерт.
— Совершенно верно, но мы с ним связаны. Он — подвластный мне волк, и это совсем другое...
