Может, с местными что не поделил, может, неудачно на гостя из домена наскочил.
Дуган как-то странно на меня посмотрел и отвернулся.
* * *
Не знаю, сколько времени мы просидели в ожидании невесть чего. Наконец массивная внешняя дверь открылась, пропуская высокую молодую женщину с русыми, остриженными чуть ниже плеч волосами. И одета она, что характерно, так же, как одевалась Надин – штаны свободного покроя, блузка с закатанными рукавами и жилет. Женщина пошепталась с отмершим Шойдом и тот, кивнув, исчез в глубинах вагона.
Женщина же повернулась к нам, улыбнулась приветливо. Дуган поднялся, я тоже.
– Меня зовут Гарам, я старшая над ветреными Нод-Эста, – представилась она. Удивление Дугана количеством вождей в одном кочевом племени не укрылось от её внимания, и женщина сочла нужным пояснить: – Я жена Салливана.
Она выдержала паузу, изучая нас смешливым взглядом лукавых голубых глаз, и добавила:
– И Виктора.
Настал мой черёд удивляться.
Всю дорогу я слышала, что многомужество исключительная привилегия адар и то не всех.
Да и у адар количество мужей, превышающее традиционное, являлось скорее необходимостью, нежели свободным выбором каждой стороны.
А тут… сюрприз. Обычная женщина, не адара, не только при двух супругах, но и разделяет с одним из мужей пост местного главы.
Дугана количество супругов у одной женщины интересовало куда меньше, чем количество вождей. Привычка сказалась, должно быть.
– Ты же адара, – повернулась она ко мне.
– Адара.
– И у тебя есть сочетаемые?
– Двое.
– Вот и славно, – шире улыбнулась Гарам и направилась к внутренней двери. – Пойдёмте.
Гарам провела короткую экскурсию по вагону, объяснила, что где находится и как функционирует в условиях общаги на колёсах. А жили ветреные и впрямь как в общежитии. В спальном вагоне спали, там же располагались ясли и детская для малышей. Дети постарше большую часть времени проводили вместе с взрослыми в первом пассажирском, куда, помимо лазарета, входили кухня, столовая, зал для собраний и некоторое количество помещений, отведённых под разные виды деятельности.
Нам с Дуганом выделили во временное пользование два закутка в начале спального вагона, а пока сопроводили в столовую. В столовой налили по миске похлёбки и по кружке травяного настоя, вручили ложки, и мы отправились утолять голод за один из длинных столов. Время явно не обеденное – хотя кто знает, в котором часу они тут обедают и обедают ли вообще, – и потому столовая пустовала.
