Тогда разговор оказался коротким и предметным: Таганцев прямо заявил, что хочет купить «Баренцево море», и пообещал в случае отказа взять флотилию силой, а самому генералу устроить крупные неприятности юридического характера…
Василий Пантелеевич повертел в руках листок и положил его в ящик стола. Там уже лежали четыре таких же грозных факса. Интересно, Лёне тоже сначала подбрасывали записки с угрозами? Шумов был мужиком скрытным, никогда языком не молол, многое скрывал даже от своего партнера по доходному рыбному бизнесу… Так что про подметные письма он ни разу в беседах с Василием Пантелеевичем не обмолвился, хотя не исключено, что и получал их по факсу…
Генерал выудил из пачки «Мальборо» сигарету, сжал фильтр зубами и поднес зажигалку.
Потом опять подошел к окну и стал смотреть на восемнадцатый пирс. Баркас теперь развернулся носом в сторону моря. На корме стоял парень в расстегнутом бушлате и вроде готовился принять кормовой. Вот только от кого? На бетонной полосе не было ни одной живой души.
И тут взгляд генерала привлек автопогрузчик, который медленно ехал к пирсу. На стальных лапах стоял небольшой сбитый из досок контейнер.
«Что это они там собираются грузить? Уж не стырили какое оборудование со склада?» Генерал распахнул орку окна и прищурился. В этот момент автопогруз остановился, и водитель, дернув за рычаг, стал поднимать контейнер. Прошло еще секунды две, и вдруг из стенки контейнера, обращенной к открытому окну кабинета Гусарова, полыхнул крохотный язычок пламени, за ним еще один.
Василий Пантелеевич дернулся от сильного удара в лоб. Его вмиг ослепила яркая вспышка, потом на ли хлынула теплая липкая жидкость, и он рухнул в изминающийся спиралью черный колодец…
Внутри деревянного короба было темно и душно. Груздь сидел на заднице, скрючившись, чуть выставив пистолетный ствол из проверченной загодя дыры в стенке Парфеныч, выславший его на это задание, объяснил, придется париться в деревянной душегубке часа гри, чтобы поймать клиента в оптический прицел наверняка.
До него в этой хреновине всю прошлую неделю ка наводчик — Серега Жгут, который выслеживал генерала и составил график его работы в кабинете. Сегодня, в четверг, генерал как раз сидел тут допоздна. У генерала была привычка подходить к окну и смотреть на порт. Чего он там высматривал, старый пень, одному богу ведомо, но эта привычка и сыграет с ним злую шутку.
