Предлагал помочь, а он говорит, что в архиве еще интереснее. — Илья поднял очки, наблюдая за резвящейся Янкой.
— Черт! Лучше бы его выперли.
— Сам потом пожалел. Устроили бы его к отцу и все! Нет же, он роет глубже, чем экскаватор! Я рад, что ты вернулся. Только, придурок, ты где был все это время?
— Работал!
— Наскалов, ты мне мозг не пудри!
— Мара, ты все равно ничего не узнаешь, но поругаемся, а может, даже подеремся, — я закурил и спрыгнул с капота машины.
— Ладно. Ну, как тебе моя земелька? Еще по плану здесь будет бойцовский клуб.
Не тот, где в кровь бьют друг друга за бабки, а куда будут приезжать тренеры, чтобы научить и занять молодежь. Лучше, чем по подъездам шариться, — Илья горько вздохнул, бросил короткий взгляд на правую руку. Рукав рубашки задрался, обнажая неестественно синюшную кожу локтя. И снова нацепил очки на глаза. — Ты не думай, я больше туда не вернусь. Не дождутся. Буду занимать молодежь. Не дам им колоться. Хватит, я сам за них все перепробовал.
— Здорово! Когда начнешь? — я еле сглотнул ком в горле.
От его слов по коже побежал холодок.
— Сегодня, — Мара кивнул в сторону вереницы грузовиков, мчащихся по дороге. — Я скоро. Только встречу.
Участок и правда был отменным. Огромное поле, окруженное глухим лесом. Вдали виднелось озеро. Рельеф, был бесподобный, такой настоящий, но в то же время своенравный и дерзкий. Резкие перепады, хороший обзор. К участку вела узкая проселочная дорога, на которой, кстати, уже лежало отличное покрытие.
По периметру стояли строительные бытовки, а из прибывших автобусов высыпали рабочие.
— Друг мой Кролик!
— А?
— Прыгай в клетку, — я открыл пассажирскую дверь.
— Скала, сидеть! — взвизгнула она.
Я сначала не понял, что она имела в виду, а когда обернулся, увидел, что Кролик говорила с черной шавкой. Небольшая, худая, покрытая репьем собака, послушно сидела и виляла хвостом. А Янка победно раздавала команды:
— Лежать, Скала!
Глава 18
Олег
Засранка! Всю душу мне вымотала с этой собакой.
Еще и назвала его весьма оригинально. Заноза! Смотрела мне прямо в глаза и учила пса столь унизительным для кобеля командам: то сиди, то лежи. Но ничего, пес отказался плясать под ее дудку. Я думал, что девчонка закатит привычную истерику, когда пес вместо подчинения только и делал, что терся о ее ноги, но нет! Она стала дрессировать дворовую псину с еще большей настойчивостью.
Янка сидела на заднем сидении, сложив руки на груди.
