В конце концов, беременная может позволить себе иногда поплакать.
Не дожидаясь, когда уйдёт Кира, захожу в комнату, в которой тоже царит беспорядок. Даже представить боюсь, что увижу на кухне. Слышу, как щёлкает замок (Кира сказала, что закроет дверь сама), и осторожно заглядываю. На полу – осколки разбитой посуды. Говорят, что посуда бьётся к счастью, только счастья я не вижу. Клим сидит за столом, запустив обе руки в волосы, и сжимает их, но никак не реагирует на моё появление. Несколько долгих секунд стою молча и набираюсь смелости.
– Клим… – зову его тихо.
Его руки замирают на голове, и Клим медленно поднимает лицо.
– Ира?! – произносит он моё имя.
В глазах вся гамма чувств от боли до удивления, но больше он не говорит ни слова.
– Клим, прости. Я была у Леси, а телефон оставила в машине. Бабуля сказала, что ты искал…
– Да. Я думал, что ты с Вадимом…
Качаю головой, показывая, что это не так.
– Но он прислал твоё фото…
– Я была там. Но ушла, как только дождалась Аллу.
– Какую Аллу? – Клим непонимающе смотрит на меня.
– Жену Вадима.
– Жену? Вадима?
– Да. Ты не знал?
– Нет. – Клим закрывает глаза. – Боже, какой я дурак…
Хочу подойти ближе, наступаю на осколок, ойкаю, смотрю себе под ноги и… натыкаюсь на мужскую грудь.
– Ира, ты не поранилась? – Клим обеспокоенно всматривается мне в лицо.
– Нет. Всё нормаль…
– Какой же я дурак! – повторяет Клим и обнимает меня. Крепко. Жадно. Не давая вдохнуть. – Я думал, что больше не увижу ни тебя, ни Женю. Думал, что Вадим заберёт вас обеих, и я… Я не смогу жить без вас.
– Что ты такое говоришь? – шепчу я.
– Это правда, Ира. Вы – ты и Женя – всё, что мне нужно. Я люблю вас больше своей жизни, и чуть с ума не сошёл, когда думал, что потерял.
Я вижу всю боль в его глазах. Они не лгут. И никогда не лгали.
– Ира, пожалуйста, дай мне шанс. – Клим умоляюще смотрит на меня. – Если ничего не получится, я не буду настаивать, просто останусь рядом с Женей. Только не отталкивай меня…
– Клим, ты замечательный. Но… – Я замолкаю на полуслове.
Как объяснить ему, что жить с ним только ради ребёнка я не смогу, потому что «стерпится-слюбится» может не получиться, а никаких чувств у меня к нему нет. – Я не знаю, – смягчаю «нет» и произношу самую дурацкую фразу, но Клим почему-то очень рад.
– И я. Но если мы не попробуем, то и не узнаем.
Смотрю на отца своей дочери. Он совершенно случайно появился в моей жизни, но занял очень важную роль. Может, он прав, и ничего не происходит просто так?
– Хорошо.
