Видно, Ромка её добавил, когда она… – Леся начинает снова усиленно листать. – А нет… Странно… – Леська закусывает губу и проводит дальше своё женское расследование. Нет! Вот она! Это её старая страничка! Смотри!
– Я не хочу.
– Ириш, ты чего?! Расстроилась?
Расстроилась? Нет. Этого нет. Есть какое-то чувство омерзения и привкус горечи во рту.
– И чего это она вдруг решила выложить фотки на страницу, которой уже не пользуется? – разговаривает сама собой Леся. – А! Так у них недавно годовщина была! Вот, смотри!
– Не буду.
Лесь, давай я поеду домой. Мне нехорошо что-то…
– Ага! Прямо сейчас я взяла и отпустила тебя! Он что, так и писал тебе? – интересуется Леська.
Пожимаю плечами.
– Как-то урывками, – отвечаю. – То прямо несколько раз на день, то неделями тишина. Я хотела позвонить и сказать, чтобы больше не писал, но телефон был…
– …отключён, – заканчивает за меня Леся. – Всё сходится! Вы развелись, он женился – или Алла женила его на себе, что, собственно, не так уже и важно, – и о нём ни слуху ни духу.
Потом он как-то узнаёт, что Шелест появился рядом и… о-па! Вот он я! Прошу любить и жаловать! Колечко можно снять и… вуаля! Бархалей никогда не терпел конкуренции. А лапшу вешать он умеет, особенно когда так преданно смотрит своими глазками. А-а-а! Убила бы! Мерзавец! И телефон, видно, отдельный купил, чтобы дома не палиться. Алла явно не ты, она всё проверит! А так вырвался на свободу в командировочку – и пиши сколько влезет.
– Лесь, хватит. Пожалуйста, – прошу я. – И так противно!
– Да хрен с ним! Забей ты на него! Я бы, конечно, его самого забила, но боюсь, меня потом даже Ромка не отмажет! – Леська выключает телефон и засовывает обратно между половинками дивана.
– Идём!
– Лесь…
– Идём, я тебе сказала!
Даю увести себя на кухню и сажусь в уголок. Леська начинает суетиться, вытаскивая из холодильника всё, что считает нужным.
– Где-то у меня был лимончик… Чёрт, неужели Ромка его сожрал?
– Лесь, не надо ничего. Я не буду коньяк, – подаю голос. Хотя на самом деле с удовольствием бы сейчас напилась и забылась.
– А мы не будем коньяк. Его тут осталось-то… – Леся смотрит на почти пустую бутылку, – кот наплакал! Мы сейчас ликёрчик достанем! Сладенький!
– Лесь, я… – хочу отказаться и понимаю, что не могу. – Давай свой ликёр!
Пишу Климу сообщение, что завтра с поездкой не получится, не дожидаясь ответа, отключаю звук и бросаю свой телефон рядом с Леськиным.
Я не знаю, сколько мы сидели, но обсудили всё, что накопилось.
