– Я могу услышать вескую причину твоего решения, а не то, что ты прилип к чьей-то юбке? – продолжает настаивать отец.
Мы опять молчим. Я не хочу, чтобы он вмешивался, и без того всё слишком сложно.
– Папа, я сам решу свои проблемы, – пытаюсь уйти от прямого ответа.
– Клим, я не собираюсь решать за тебя твои проблемы. Я хочу знать причину, по которой мой сын оставил работу в элитной клинике.
В комнату опять прокрадывается тишина. Мне совсем не хочется говорить ему об Ирине и уж тем более о том, как она появилась в моей жизни, но кажется, уйти от ответа не удастся.
А может, оно и к лучшему: сразу сказать ему правду?
– Ну? – подталкивает отец.
– У меня здесь растёт дочь. Надеюсь, для тебя это достаточно веская причина?
Я вижу, как челюсть отца в буквальном смысле падает. Он открыл рот, а вымолвить ничего не может.
– Растёт – это значит, что она уже родилась. Так? – Ответ ему не нужен. Он разговаривает сам с собой. – Но ты здесь…
Он замолкает, подсчитывая время.
– Почти три месяца, – подсказываю я.
– Да, – тянет папа, словно ему тяжело говорить. – И ведь пока я не отправил тебя к сестре, ты даже и думать об этом не думал. – В меня утыкается указательный палец. – А сейчас уже растёт дочь?
– Папа, я же сказал, что сам решу свои вопросы. Но отказываться от неё я не собираюсь.
– Офигеть! Ну, детки! – Отец хватается за сердце. – Клим, посмотри, есть ли здесь коньяк. К чёрту всё!
– Папа, коньяк не решает проблем.
– Нет, конечно! Но с ним их переносить как-то легче.
Глава 29
Ирина
Так я не уставала, даже когда проводила на ногах целый день.
Каких-то несчастных сорок минут в кафе вместе с Климом вытянули из меня все силы. Не знаю почему, но мне стало очень сложно с ним общаться. Ведь он прав: до этого всё было нормально, а теперь я смотрю на него совсем по-другому. Но не это самое страшное. Хуже всего то, что моё тело реагирует на него не так, как мне хотелось бы, и я очень боюсь, что Клим может это заметить.
Я уже серьёзно начинаю жалеть, что согласилась на его предложение.
С одной стороны, я не хочу лишать Женю их общения, а с другой – прекрасно понимаю, что дочь с ним не оставлю, и мне снова придётся испытывать это непонятное мучение, когда он оказывается рядом. Кажется, я сама загнала себя в угол, и очень надеюсь, что найду выход из сложившейся ситуации или это всё-таки пройдёт.
Звук входящего сообщения заставляет вздрогнуть. Достаю телефон: номер не определён, но я слишком хорошо помню эти цифры. Вздыхаю и убираю телефон.
