Если открыть створки палуб «А» и «Г», то истребитель мог пролететь крейсер насквозь, вылетев с противоположной стороны. Летные палубы располагались фактически над рубкой. Несмотря на то что палубы были фактически общими, маркеры на палубе и потолке четко разделяли границы. В «Б», кроме ремонтного дроида и двух разукомплектованных штурмбота старой постройки, ничего не было. Оглядев их, я прикинул возможность восстановить. Шансы были, но нужны запчасти, на крейсере их не было. Летная палуба «В» порадовала строем «Гарпунов» в количестве восьми штук и еще одного челнока той же модели, что на палубе «А».
Кстати, «Гарпуны» были более новыми истребителями, чем «Ятаганы», хоть и одной модификации. Палубу «Г» занимал «Волька». Ремцех, что находился посередине и входил в техобеспечение всех четырех ангаров, не помешал загнать корвет, даже ракетные пусковые снимать не пришлось. Вообще-то на крейсерах подобного типа, да и на линкорах тоже, понятие «этаж» чисто символическое. Если в жилых секциях высота от палубы до потолка около трех метров, в технических секциях бывает до десяти, то летная палуба от сорока и выше.
На «Вилдане», например, — пятьдесят три метра.
После этого я отправился в парк, быстро прошел его, вошел в медицинскую секцию и прошел к стерильному боксу. Там стояло десять медкапсул устаревших конструкций. По моим прикидкам, им было не меньше чем лет по пятьдесят. Хорошо, что они работали, а это было главное. Осмотрев шесть человек, что там лежали, и проверив их состояние по приборам, я продолжил инспекцию.
Пассажиров я перевез на «Вилдан», сразу как заработал первый реактор и после проверки систем капсул. Жорин осталась на «Скате».
Следующие секции были когда-то жилыми. Тут раньше находились казармы космодесанта. Сейчас же они были пусты, каюты — демонтированы и убраны в трюм. Подойдя к небольшим створкам, я мысленным приказом открыл их и вошел в реакторный отсек, пройдя его, зашел в следующий, где находился гипердвигатель. По нему до сих пор ползали инженерные дроиды, перенастраивая.
С кормовыми двигателями они уже закончили, и Искин сейчас тестировал их. Все эти секции ближе к броне окружали со всех сторон технические боксы. В последнюю секцию к кормовым двигателям я не пошел, остановившись у переборки. После взрыва некоторые кормовые бронеплиты помялись, так что в последней секции царил вакуум. Ничего, доберусь до ремонтных доков — закажу новые и исправлю этот недостаток.
У крейсера было шесть стыковочных шлюзовых, плюс створки трюма.
