Выйдя из медсекции, я дошёл до шлюзовой, где действительно столпилась в темноте группа исследователей. Без разрешения владельца они не вступали во внутренние отсеки корабля. Таковы флотские традиции. Хотя я их и не придерживался, но обычаи других уважал.
Впереди стоял капитан Киро. Подойдя, я сказал:
— Добро пожаловать на борт. Я так понимаю, вам хотелось бы осмотреть корабль, поэтому давайте проведу экскурсию.
С исследователями действительно пришлось повозиться. Мало того, что они бродили со мной по кораблю в течение двух часов, так ещё задавали разные глупые вопросы.
Ладно хоть примерно знали, что это за корабль, но их интересовали мелкие детали. В некоторых случаях, чтобы ответить на вопрос, мне приходилось использовать все свои инженерные знания из базы Древних. Один раз пришлось оторваться от экскурсии и, оставив их в медсекции, — арсенал был на всякий случай заперт — идти в реакторный отсек, подавать питание на весь корабль, после чего топать в рубку и активировать оба искина, введя в них коды управления и забив себя, как владельца.
Там же я за пять минут поставил задачи. Главная — полная расконсервация корабля. Так что когда я запер рубку и направился обратно в медсекцию, шлюз автоматически закрылся и система жизнеобеспечения начала свою работу. Осталось надеяться, что через два часа на борту восстановится нормальная атмосфера и можно будет ходить без скафа.
Ко всему прочему пришлось сразу расконсервировать общий санузел в кают-компании, чтобы экскурсанты могли им воспользоваться.
Наконец любопытство исследователей было отчасти удовлетворено, и мы договорились, что пока они будут жить на борту крейсера, чтобы не бегать наверх, после чего я выпустил их с корабля, используя штатную систему шлюзования.
Теперь ни один микроб не попадёт на борт. В коридорах уже ползали дроиды-уборщики, убирая ту грязь с пола, что мы натаскали за всё время, и велись другие работы.
Проверив, как идёт расконсервация корабля, я прошёл в реакторный отсек и запустил второй реактор. Третий пока не требовался, вот когда будет взломан третий искин в рубке и перейдёт под моё управление, тогда да, можно и запустить.
Через четыре часа я снял «Призрак», оставив его в специальной нише рядом с той шлюзовой, которой мы пользовались чаще всех. Та, что находилась с другого борта, была пока законсервирована.
Проверив, как идут работы по восстановлению корабля, я направился в рубку. Пока было не до этого, но теперь требовалось дать искинам личности, а то там стандарты стоят.
