Вчера так вообще, заметив случайно удочки, закреплённые под потолком, снова облачился в скаф и сходил порыбачить. Ливень мне нисколько не помешал наудить шестнадцать крупных и три десятка мелких рыбёшек, хоть какое-то разнообразие. Мелкую я выкинул обратно, а вот крупную, разделав, убрал в холодильник. Питались мы только пайками, которые стремительно заканчивались, потому как на костре приготовить что-либо было совершенно невозможно.
А вот лейтенанты нисколько не скучали. Они смотрели фильмы, занимались зарядкой в отсеке, спали и ели.
Только иногда выбегали наружу голышом, чтобы не намочить комбез, облегчиться. Да пару раз бегали купаться в озеро. Хохоту стояло… Дети, одним словом. Им действительно ещё не было даже двадцати пяти.
Да и мои прогулки не прошли даром, я обнаружил в лесу кустики местной картошки, чему изрядно обрадовался, так как она очень мне нравилась. Скажу честно, я специально её искал. Хоть и нашёл не сразу, да и то в трёхстах метрах от стоянки, в глубине леса, но всё равно порадовался.
Отметив это место, вернулся к флаеру. Стихнет дождь, отправлю спутников с лопаткой за корнеплодами. Пусть наберут хотя бы пару мешков. Хотя, наверное, тут столько не будет. Пару вёдер бы набрать, и то хорошо. Надо ещё картошки с мясом пожарить на сковороде, разнообразить стол.
Сегодня утром дождь перешёл в мелкий затяжной. Он уже не сбивал с ног мощными косыми струями. Будем надеяться, что и этот дождик не продлится долго. А то опоры флаера уже ушли в раскисшую землю, и получилось, что мы сели на брюхо.
Конечно, для летательного аппарата, который взлетает вертикально, это не проблема, но хотелось, чтобы всё это побыстрее прекратилось. На самом деле надоело сидеть в этой железной коробке.
— Вроде стихает, — выглянув наружу, известил Лю.
За время невольного ожидания мы успели ближе познакомиться, пообщаться, рассказав о себе. Мой рассказ был самым интересным, лейтенанты слушали с огромным любопытством. А когда я сообщил, что видел орду ушастых, то посетовали на своё невезение.
Они их живьём ни разу не видели. Сообщив им, что у меня есть двухчасовая съемка орды, да ещё с записью брачных игр парочек, ввёл парней в экстаз. Потом три часа из грузового отсека доносились ахи и охи. Причём не лейтенантов, а как раз ушастых. Парни три раза прокрутили запись секса воина с двумя ушастыми, причём комментируя со знанием дела. Судя по всему, их, как и меня до этого, поразила мужская сила ушастого воина.
