За семь месяцев, что я работал на корпорацию, как-то привык к безопасным полетам, и про пиратов и тому подобную шваль вспоминал с легкой улыбкой, так что после сигнала несколько растерялся.
Но тут за меня сработал автоматизм, вбитый нужными базами на подкорку мозга. Не успела стихнуть сирена, как мои пальцы застучали боевую дробь на сенсорном экране панели управления.
— Что там? — забежал полуодетый лейтенант Самс, обеспечивающий охрану аудита.
— Пираты, — коротко уведомил его.
— Успеем уйти? — Он наконец закончил приводить форму в порядок и, выпрямившись, посмотрел на экран.
— А зачем? Ситуация банальна донельзя. Три пирата напали на группу шахтеров из четырех кораблей. Будем помогать, тем более я не собираюсь терять трофей. Вон тот, что справа, — бывший антарский рейдер, судя по маневрам уклонения, в отличном состоянии.
— У нас ценный пассажир на борту, нужно уходить, — приказал лейтенант.
— Солдатами на плацу будете командовать, лейтенант, а на борту капитан — царь и бог.
У нас с самого начала не сложились отношения.
Видимо, он строил какие-то планы насчет Жорин, но та его прокатила. Виноватым, естественно, посчитали меня.
— Под протокол. Вы берете на себя всю ответственность? — уточнил лейтенант.
— Да, беру. У нас средний класс, все шансы отбить нападение, кстати, на ваших шахтеров, которых вы, лейтенант, должны защищать. А теперь не мешайте.
Я тоже вел разговор под протокол, так что, если что, отмажусь. В договоре нет пункта о том, что я не должен драться.
Из трех пиратов, что сейчас дрались и брали на абордаж шахтерские корабли, двое были лоханками, переделанными из старых транспортников, и один рейдером, про который я говорил ранее.
Он единственный, кто держал все под контролем. Если кому из шахтеров удавалось отбить первое нападение, то тут же появлялся рейдер и точечными выстрелами сносил у него все выносное вооружение.
Судя по всему, появились мы в самом начале боя. Пираты меня не видели, их сканеры были слабее моего, я стоял на границе их видимости.
Примерно прикинув предстоящий бой, я начал действовать."
"Раскочегарив движки, тормозя передними маневровыми, я резко отпустил их, прибавив кормовым, отчего «Скат» буквально выстрелил вперед. У антарских корветов подобной модели есть одна болезнь. Если выстрелить в сочленение бронеплит на боку под башней левого кормового орудия, то, пробив броню, снаряд из кинетической пушки деформирует электрощит, выводит из строя реактор, замкнув цепи. Именно туда я и целился.
