Как бы ни терзали душу прошлые неприятности, я был изрядно доволен. Разведку мы провели, более того, во сто крат перевыполнили. Я возблагодарил себя, что сам отправился в этот поиск, были бы это ребята из разведки, они бы там и сгинули. Я не хвалю себя, но и не ругаю. Я делал то, что должен был делать, потому что отправлять в такой опасный поиск неподготовленных мальчишек просто не мог. Они бы с уровнем своих знаний так и остались у соседей, шансов в таких условиях у них просто не было.
Никто бы им не предоставил лучшего спеца по оборудованию слежения и невидимости, и им бы пришлось действовать в рамках своих знаний, то есть подходить ближе, чтобы рассмотреть и, возможно, быть обнаруженными.
В нашем случае произошло почти так же, но и шансов у нас было больше, что мы блестяще продемонстрировали. Хотя… Мне от командования и штабистов эскадры попадет, наверняка скажут, что не следовало лезть в последнюю систему, раз у нас на руках были такие горячие новости.
Ничего, посмотрим, кто окажется прав.
Несмотря на то что мы вышли с краю системы под сферой невидимости, нас засекли мгновенно и облучили узким лучом прямой связи.
— Неизвестный корабль, говорит дежурный диспетчер Третьего флота лейтенант Амнус, база «Дюна». Ваш Искин не считывается. Представьте информацию, в ином случае вы будете уничтожены.
Передача шла с флотской космической станции, которую местные военные использовали как базу. Честно говоря, я и забыл, что детекторы Хоттабыча были отключены с момента перехода границы, поэтому мгновенно врубил все системы и ответил на вызов, включив монитор.
— На связи корвет «Волька ибн Алеша», временно приписанный к наемной эскадре «Перун». Командир флаг-майор Кремнев. Только что вернулся из дальнего разведывательного поиска, имею повреждения. Просьба предоставить безопасный коридор к штабному кораблю эскадры «Петр Первый».
— Дежурный офицер линкора «Петр Первый», отряд «Перун», лейтенант Власов. Подтверждаю данные с корвета «Волька ибн Алеша»."
"— «Петр Первый», сообщение принято и задокументировано.
«Волька ибн Алеша», в просьбе отказано, передайте управление дежурному Искину базы и ожидайте прибытия сотрудников СБ.
— Диспетчеру базы «Дюна», вас понял, передаю управление и ожидаю прибытия сотрудников СБ.
Проверки я не опасался. Из архивов Хоттабыча все данные были удалены, все хранилось у меня на нейросети. С Хорком была проведена беседа и под протокол заключена договоренность о молчании до моего прямого приказа.
