Мешать дочкиному счастью он не стал и переехал к старому сослуживцу. С тех пор они и проживали втроем в «двушке» Астахова.
В общем, старики мне эти очень нравились, реальные командиры, не сломленные жизнью и невзгодами. Более того, по моему мнению, они даже закалились в невзгодах.
Однажды, когда в наш тихий двор переселился новый русский и нахамил старикам, сделавшим ему замечание за громкую музыку и быструю езду по тихому двору, мне пришлось вмешаться. Я позвал своих подчиненных, и мы в доступной форме объяснили, что нужно быть вежливым с пожилыми людьми.
По-другому было нельзя. Такие понимали только закон силы. С тех пор этот Вован, как он себя называл, был тише воды, ниже травы и всегда здоровался первым, мои парни могли договориться с кем угодно, и этот браток внял их словам.
Ночной двор встретил нас эхом от наших моторов. Поставив машину, я вышел, посмотрел, как паркуются подчиненные, после чего поднял голову и взглянул на окна квартиры Астаховых. Они были темными.
— Ликс, Мелори, вы присмотрите за моей дочкой, а я пока прогуляюсь до нужной квартиры, — скомандовал я.
Я был в курсе, что Ликс, когда была в старшевозрастной группе приюта, два года присматривала за младенцами в отделе для грудничков. Так что я ей полностью доверял.
— Хорошо, товарищ капитан.
Данти без команды послал своих людей проверить подъезд и двор, к моему удивлению, и во дворе, и в подъезде они обнаружили посторонних. Быстрый допрос показал, что ждали именно меня. Приказав убрать шестерых пойманных в «скворечник» «уазика», я направился в подъезд.
Подойдя к обитой дерматином двери на третьем этаже, кстати, сам обивал, я нажал на кнопку звонка. Ждать мне пришлось минут шесть, пока за дверьми не послышались шаркающие шаги и не прозвучал старческий голос:
— Кто?
— Здравствуйте, Иннокентий Павлович. Это Антон, ваш бывший сосед.
Бойцы страховали меня, пара на верхней площадке (дом был пятиэтажный), двое других на нижней. Но даже они со своей реакцией ничего не успели сделать. Замок мгновенно щелкнул, и рука с пигментными пятнами на коже, ухватившись за разгрузку, мгновенно втянула меня внутрь квартиры.
— Тебя тут ищут уже какой месяц, а ты так спокойно разгуливаешь, — сердито зашипел Астахов.
— Кеша, кто там? — услышал я голос Крапивина.
«Уф, оба живы», — вздохнул я свободнее.
— Антон объявился.
— Я не один, — ответил я и в микрофон сообщил отбой — бойцы уже готовились ломать дверь, так что связался я с ними вовремя. — Все нормально, тут свои. Отбой.
