— Я так думаю, на Зорию мне лучше не возвращаться, — удивленно покачав головой, прокомментировал я.
— Ну почему, теперь там тебя очень ждут, — с явной насмешкой ответила Жорин, крутясь у зеркала.
— У меня голова кругом идет от твоих новостей. Приду в себя, поговорим, — несколько рассеянно ответил я, не обратив внимания на ее тон.
Встав, я с тем же задумчивым видом направился к двери под внимательным взглядом Жорин. Я заметил его в отражении зеркала.
Как только дверь за мной закрылась, стоявший у одного из штурмботов лейтенант Лиммен оторвался от разговора с одним из техников и направился ко мне.
— Товарищ капитан? Мне передали, что вы меня искали, — спокойно осведомился он.
Выкинув все мысли о Жорин, я тряхнул головой, согласно кивнул и, ткнув пальцем в корвет, поинтересовался:
— Почему звездолеты не садятся на поверхность планет?
Мой неожиданный вопрос явно озадачил лейтенанта. И было чему удивляться: об этом говорилось и в пилотских базах и технических, а так как данные базы мною были усвоены довольно плотно, подобный вопрос был несколько странен.
Если коротко, то ответ был довольно прост. В давние времена, когда гремели галактические войны, посадка звездолета на планету не была чем-то особенным. Тогда только начались вводиться гипердвигатели и начиналась экспансия, но войны не прекращались. Именно тогда была уничтожена цивилизация прямоходящих ящериц и встречена другая, пауков. Человек не единственное существо во Вселенной, способное, да и что уж говорить, любящее воевать.
Так вот, гипердвигатели тогда были ОЧЕНЬ дороги в производстве, и потери в войнах сказались, их часто сбивали при высадке или поддержке войск. После приказа правительства, военным кораблям запрещалось садиться на планеты, и начали строиться совсем другие типы и модификации звездолетов. В основном блочного типа. Зато появилось огромное количество планетарных челноков и грузовых платформ класса космос-поверхность, используемых для спуска и подъема персонала и грузов. Со временем совсем отказались от посадок, были построены орбитальные лифты.
Поменялась система построек кораблей. Они были для посадок не рассчитаны, и все упиралось в челноки.
— Капитан? Э-э-э… Согласно закону Эдит-Мергена от семь тысяч двухсотого года, посадка кораблей на поверхность считается нежелательной… Да они могут рассыпаться!
— Хорошо, давай зайдем с другой стороны."
"Категоричность лейтенанта меня не удивила, с местным-то менталитетом, если нельзя, то категорически нельзя.
