Я знаю, что у вас основные базы выучены и сейчас вы изучаете «Боевое пилотирование», но и их тоже не забрасывайте.
— Есть, товарищ капитан.
Через два дня, как я и говорил, нас выбросило из гипера. Немедленно на связь вышел диспетчер ближайшей приграничной станции, направив к нам патрульный корабль.
После подтверждения полномочий мне дали разрешение продолжать путь. Предупредив диспетчера о штатных тренировках летного состава, мы двинулись через границу.
Наблюдая за учебным боем звена «Гарпунов» под командованием лейтенанта Харти со звеном «Ласк» под командованием Линса, которого я произвел в лейтенанты (у него обнаружились задатки командира), я анализировал заход одной пары «Гарпунов» на один из перехватчиков.
Пользуясь тем, что базы у них подняты достаточно высоко, они уже третий раз делали новичков из бывших десантников. За два дня они только и успели, что поднять все базы только до второго уровня знаний, начав изучать третий. Воевали синие и красные. «Гарпуны» были за нас, охраняли крейсер. Перехватчики должны были прорваться и снести систему ПВО с правого борта.
Десантники в это время уже в четвертый раз заходили на захват. Наблюдая, как маневрируют штурмботы, я нашел две ошибки, о чем немедленно сообщил пилотам.
— Орел-два, уничтожен. Вышел на зенитную спарку и подставил борт среднему орудию.
— Принято.
— Орел-один, уничтожен зенитными орудиями номер двенадцать и восемь.
— Принято.
— Орел-один, Орел-два, незачет. Перехватчики уничтожили шесть зенитных установок на корме, шанс прорваться был.
Пятьдесят процентов, но был.
Отдав приказ наблюдать за боем и сообщать об ошибках дежурному офицеру, я вышел из оперативного штаба. Остался Хорк — сейчас он дежурный.
— Я на летную палубу, тоже хочу поднять свой уровень пилотажа, — сказал я ему, выходя.
Лиммен уже приготовил резервный «Гарпун» и пилотский перегрузочный комбинезон, который на Земле называют скафандр.
— Аппарат к бою готов, товарищ капитан. Оружие заблокировано, — известил меня невысокий вихрастый паренек-техник из последнего набора.
Легкий акцент еще присутствовал в его речи, но родной язык было приятно слышать.
— Хорошо.
Через минуту я оказался в космосе, развернувшись, посмотрел на открытые створки, где на освещенной палубе суетились маленькие фигурки людей и роботов.
«Все-таки классные штуки эти энергетические щиты: створки открыты, а воздух не выходит, хотя все остальное свободно».
Я довольно кивнул: можно работать не закрывая бронированные створки летных палуб.
