Базы делятся по категориям. Полученная сразу после донора, без снятия с нее копии, это база первой категории, самая дорогая. С этого компа можно сделать баз сколько угодно, однако, если копировать базу с инфокристалла, то качество ухудшится. Снятая с нее копия — это вторая категория, дальше третья, четвертая. Насколько знаю, больше просто не существует. Почему цены по категориям разные? Да потому, что копия с первой копии теряет до двадцати процентов своих качеств. Это как запиленные пластинки: чем больше копий, тем хуже качество.
Например, у меня все базы первой категории, свежие, можно сказать, есть и вторые, но кому они нужны, если там могут быть затертости при копировании? Насколько я знал, ученые бьются над этой проблемой, однако пока ничего не получается.
— Хорошо, капитан, в восемь я вас буду ждать, — кивнула Ривз.
— Буду.
Заметив, что с другой стороны стола за нами наблюдает Жорин, как мы шепчемся, я приподнял правую бровь и кивнул на дверь. Мол, не пора ли поговорить? Да и мне самому было интересно узнать, что она от меня хотела.
Пропустив в свою каюту сперва Жорин, как требовала вежливость, я тоже окунулся в аромат весенних горных цветов и свежего горного воздуха. Система жизнеобеспечения работала просто идеально.
Девушка прошла мимо столика и стала рассматривать комнаты. Мне не нравилось постоянное пневматическое пыхтение дверей, когда я хожу по своей «квартире» из комнаты в комнату, и я их заблокировал. Так что все было нараспашку, и Жорин как раз рассматривала кабинет, небольшую кухоньку и спальню, после чего вернулась ко мне в гостиную и села в кресло.
Кстати, заглянув в совмещенный санузел, она только завистливо пощелкала языком, увидев джакузи. Мертвый миллиардер знал толк в роскоши.
— О чем будет разговор? — поинтересовался я, наливая вино. Лучшее в моем баре.
— О нас.
— О нас?! Что-то я не припомню, чтобы просыпался утром в твоей постели после бурной ночи? — искренне удивился я ее вопросу, чуть не пролив вино.
Жорин неожиданно покраснела.
— Я не о том, — быстро проговорила она, взяв протянутый стакан с напитком, откинулась на спинку роскошного дорогого кресла и, прищурившись, продолжила: — Я о нас. О матери, о себе и ее людях.
— А что не так? Вроде все в порядке. Предположительно через тринадцать дней мы будем на месте.
— Тринадцать дней?! Но…
— Крейсер, причем сверхтяжелый. Скорости несопоставимы с малыми кораблями. Учитывай это, — пояснил я ей прописную истину.
