Весьма близорукая политика Антанты — они «откормили» фашизм своими уступками, и тот обнаглел до крайности, «заиграл мускулами», поверив в собственные силы. Так что «приручать» такого «зверя» бесполезное занятие. Рано или поздно, «вкусив крови» и «отточив клыки» он все равно набросится на «дрессировщика». Но в 1937 году Гитлер был еще слаб, а потому с «комитета» не вышел и формально войны не объявил. А вот фактически разнес в щебенку воздушными бомбардировками города в Стране Басков — Гернику и Дуранго.
Потом германский броненосец «Адмирал Шеер» демонстративно обстрелял с моря Альмерию — эту акцию французы и англичане не только не осудили, они ее одобрили, тем самым давая понять, что отдают на растерзание нацистам Испанскую Республику.
С потерей промышленного Севера исход войны был фактически предрешен — а потому союзники по «Антикоминтерновскому пакту» решили себя не ограничивать в средствах. Итальянские ВМС начали охоту на транспорты, что шли в Республику по Средиземному морю, и «продали» Франко четыре эсминца и парочку субмарин.
Могли и больше, только у «франкистов» имелись большие проблемы с формированием экипажей. Но и того, что они имели, хватило для победы, несмотря на потерю «Эспаньи» и «Балеареса». Да и что могли сделать на море республиканцы, не имея в достатке топлива и возможности провести ремонт износившимся корабельным механизмам. Так что именно морская блокада Республики и привела к ее поражению, в сочетании с внутренними политическими факторами «углубления» революции…
— Доигрались, «ихос де путас», иного варианта у нас просто не остается.
И все заснято на камеры, не придерешься!
Асарола посмотрел на левое крыло мостика, там с кинокамерами работали операторы. И на других кораблях тоже имелись репортеры, из «свободной прессы» — англичане, французы, американцы, голландцы и прочие, в общем — каждой твари по паре.
— Немедленно поднять сигнал — и передать радио на «Дойчланд».
«Приказываю прекратить стрельбу и незамедлительно покинуть испанские территориальные воды во избежание применения силы. Германский адмирал фактически начал войну против Испании»."
"Асарола остановился, осознавая, что после сказанных им слов обратного хода уже не будет — война станет близкой как никогда. Вот только иного варианта развития событий не оставалось, как вырвать у «хищника» его клыки, благо момент удобный, и повод получен веский.
