Они отконвоируют транспорты с войсками до Португалии — вступить в войну на нашей стороне рейхсканцлер Адольф Гитлер пока отказался, соблюдая нейтралитет, потому десанта на Кадис или Альхесирас не будет…
Эль-Ферроль
Арасола курил и напряженно размышлял. Новости шокировали, он не ожидал, что союзники Франко проявят такую прыть. Видимо, история имеет чудовищную инерцию, противопоставить которой что-либо трудно.
— И что нам теперь делать в такой ситуации?
«Удавка» в виде республиканского флота в Гибралтарском проливе теперь ослабеет, и это неизбежно — как только прилетят германские и итальянские «авионес».
Нет, приличия будут соблюдены — на «юнкерсы» и «савойи» нанесут характерные кресты «националистов», и самолеты начнут или охоту за республиканскими дозорными кораблями в проливе, либо будут использованы как транспортные. В последнем варианте появится «воздушный мост» из испанского Марокко до ближайшего португальского аэродрома, дальности полета транспортников вполне хватит. А местный диктатор Салазар всячески помогает мятежникам, так что можно не сомневаться, что передовые части Африканской армии скоро появятся у Бадахоса, чтобы обеспечить свой правый фланг при наступлении на Мадрид.
— Флот может погибнуть весь, но транспорты не должны пройти к португальским портам. Жалеть корабли не стоит, их можно и потерять, особенно старые линкоры. Лучше уж так, чем взлететь на воздух от сигареты, которую закурит в погребе анархиствующий придурок!
Асарола выругался — он ведь тоже слушал новости, а те были неприятными и тревожными.
К берегам Испании Адольф Гитлер собрался отправить германские броненосцы «Адмирал Шеер» и «Дойчланд» с крейсером «Лейпциг» — через несколько дней, неделя максимум, эскадра прибудет. Против нее республиканский флот сейчас фактически бессилен, нужно не менее двух недель, чтобы ввести в строй «Эспанью». И наскоро подготовить «Хайме I», который встал на якорь в Эль-Ферроле — короткий путь от Хихона обернулся большой кровью в конфликте между офицерами и командой.
— На эти два старых линкора все мои надежды, — побормотал Асарола, напряженно размышляя. И в голову неожиданно пришла безумная мысль, от которой он содрогнулся — никто из испанских политиков, даже сам Прието, который предлагал «интернационализацию конфликта», не решился бы на такое отчаянное сумасшествие.
— Хм, а ведь это один-единственный шанс удержать Германию и Италию от прямого участия в нашем внутреннем конфликте.
