Потом снова уснула, а когда проснулась, Джон встал и вышел из комнаты. Она видела, как он вернулся с двумя большими чашками. Пока пили кофе, смотрели на снег, который валил все гуще. Джиллиан видела фронтон дома напротив. В мансардном окне горела рождественская звезда. На крыше – нахлобученная снежная шапка.
– Почему у тебя нет кровати? – спросила она."
"Джон пожал плечами.
– У меня вообще с мебелью негусто, как видишь. Похоже, с этим проблемы.
– Проблемы?
Джон рассмеялся.
– Можешь представить меня в мебельном магазине?.
. Как я выбираю шкаф, журнальный столик или кресло?
– Ну, можно ведь не все сразу…
– То, что ты видишь здесь, куплено в разное время на блошиных рынках. Когда я замечаю, что веду себя как добропорядочный буржуа, меня это беспокоит.
– И так было всегда?
Джон догадался, о чем она на самом деле хотела спросить.
– Ты хочешь знать, не связано ли это с моей прежней работой и тем, что я ее потерял?
– Это был серьезный перелом в твоей жизни.
– Но он не изменил меня как личность.
Да, я всегда был таким.
– Ты собирался кое о чем рассказать, – напомнила Джиллиан.
Джон задумчиво играл с ее волосами.
– Ах да… Думаю, мне и в самом деле нечего от тебя скрывать.
И он рассказал ей об ошибке, изменившей его жизнь.
– То, в чем меня потом обвинили, было откровенной ложью… Я имею в виду принуждение к сексу. Но у нас был роман, и она хотела этого так же, как и я, подавая к тому недвусмысленные сигналы. Тем не менее для меня было чистым безумием пускаться в эту авантюру.
– Как долго это продолжалось?
– Около четырех месяцев. Мы хорошо проводили время. Она была молода и красива, и мне нравилось быть с ней.
– Сколько лет тебе было?
– Тридцать семь. Ей – двадцать один. Я думал: «Что ж, повеселимся вместе. Когда-нибудь она найдет того, кто больше подходит ей по возрасту, и выйдет замуж». Я просто наслаждался моментом.
– И когда все изменилось?
Джон горько усмехнулся.
– Когда она провалила экзамен… Нет, вообще-то она способная, просто тогда, как видно, был не ее день.
Она не справилась с одним очень важным заданием. В этом не было большой трагедии, ей всего лишь нужно было еще раз проработать эту тему. Но она будто с цепи сорвалась и напрочь отказывалась признавать свою неудачу. Умоляла меня вмешаться. Поговорить с экзаменатором, чтобы тот изменил решение.
Джиллиан покачала головой.
– А ты не мог…
– Нет, конечно. Да и при всем моем желании… это так не работает. Я пытался объясниться, но она была невменяема.
