Когда родился Риалаш, его отцовские чувства проснулись главным образом из-за того, что ему пришлось самому присматривать за новорождённым первые две недели. Сейчас же мужчина ощущал, что его начинает переполнять сложная смесь ликования и страха. В его семье теперь четверо существ, которые нуждаются в защите, и Дейш впервые подумал о том, что может не справиться. Подумал и тут же постарался задавить любые сомнения. Конечно же, он справится. Просто это потребует от него чуть больше внимания.Но девочка…
Дейш не мог понять, почему он боится за неё сильнее, чем за её таких же слабых братьев.
Беспокойство снедало его.
Кошка ласково потёрлась головой о его локоть, ненавязчиво требуя вернуть ей «котёночка», и Дейш, взглянув на неё, неожиданно понял, что именно беспокоило его. Да, его сыновья сейчас слабы. Но они вырастут и – Дейш был в этом уверен – станут сильными. Очень сильными. А дочь так и останется слабой, нуждающейся в его защите. Такой же слабой и хрупкой, как и Тейс. Она всегда будет нуждаться в его защите.
Волна нежности поднялась откуда-то из глубины, и Дейш приобнял сидящего рядом Риалаша. Риалаш удивлённо посмотрел на отца. Тот всегда был скуп на ласку, и мальчик немного смутился. Растерянный и порозовевший, он боязливо прижался к боку отца, опасаясь, что тот посмотрит на него с недоумением, но кончик отцовского хвоста обвил его, показывая, что он всё сделал правильно.
Дейш ощущал настоятельную потребность как-то выразить то странное чувство, что заставило его обнять Риалаша.
Новорождённая дочь будила в нём нежность. Нежность, которую он раньше испытывал к одной только Тейс. Дейш любил Риалаша и был готов отдать за него жизнь, но сын не вызвал у него такой щемяще-острой потребности выразить свои чувства прикосновением. Раньше не вызывал. Сейчас же Дейш ощущал, что в нём просыпается что-то ещё, чего раньше он, как отец, не ощущал.
Поддавшись порыву, Дейш наклонился и прижался губами к нежной ручке дочери. Никогда ранее его так остро не пронизывало осознание того, что он стал отцом.
Ребёнок… дети… его часть… Изредка слыша восторженные заявления новоявленных папаш о том, какое это прекрасное чувство – держать на руках часть самого себя, свою плоть и кровь, своё, можно сказать, творение, Дейш лишь раздражённо морщился. Заявления эти казались ему излишне пафосными."
"Но сейчас он смог это почувствовать. У него, у мужчины, родилась дочь. Это наполняло его безмерным удивлением.
