Он успел заметить восхищение и робость, с которыми девушка смотрела на его юного друга. Но, видимо, и это сердечко постигнет разочарование. У Вааша даже зачесались кулаки дать Ссадаши по роже, хотя тот по сути ни в чём виноват не был.
– Эх, Ссадаши, когда-нибудь все девичьи страдания окупятся сторицей, – предрёк наагалей.
– Ты о чём? – Ссадаши посмотрел на него с искренним недоумением.
– Да ни о чём! – раздражённо отозвался Вааш. – Буди её, а то как бы худо ей не стало.
Утро выдалось солнечным и безмятежным.
Расчистивший проход Вааш порадовал своих спутников тем, что обнаружил приметную скалу и теперь знал, куда двигаться дальше.
– О, прекрасно! – с этими словами Ссадаши поднял на руки сдавленно охнувшую девушку и пополз на выход.
Юный наагалей всё ещё держался бодрячком, но Ваашу показалось, что губы его слегка посинели, поэтому щеголял парень в его шубе. Вааш решил, что они будут переодеваться в неё по очереди, чтобы окончательно не замёрзнуть.
– Куда нам?
– Вниз, – Вааш ткнул пальцем к подножию горы, где пышно кучерявились снежные шапки деревьев.
– Ну держись, – Ссадаши подмигнул Иллазе и, плюхнувшись на снег, с воплем покатился вниз.
Хлопья снега взметнулись вверх, обозначая путь лихого наагалея, а его воплю вторил тихий девичий визг.
– Куда, дубина! – в сердцах закричал Вааш.
Сплюнув, он осмотрелся, пытаясь понять, не привлёк ли кого шум и, с размаху сев на снег, молча покатился вслед за Ссадаши. Снег волной взметнулся вверх, полноводным ручьём обозначая его путь.
Озваш вздрогнул и бдительно прислушался. Сперва он решил, что обманулся: ему послышал ликующий вопль. Но какой идиот будет кричать здесь? Всё местное зверьё на шум сбежится. Наг знаками показал своему брату и друзьям направление, и они поспешили выползти из-за нависшего края скалы.
Их взглядам открылся ровный плавный склон горы, сверкающий в лучах солнца толстым ковром свеженаметённого снега. И это совершенное в своей аккуратности творение природы уродовали две кривоватые рытвины, над которыми всё ещё лёгкой позёмкой клубилась снежная труха.
В самом низу, у края Обледенелого леса, маячили две фигурки. Обе достаточно внушительные, чтобы их было можно рассмотреть, но Озваш смог узнать только наагалея Вааша. Мужчиной овладело недоумение. Шаашидашский наагалей-то здесь что делает?
– Тиш, посмотри, кто там, – Озваш окликнул своего глазастого брата и посторонился, уступая ему место.
– Наагалей Вааш, – сразу же сказал Тиш.
– Его я и так узнал.
