Разогрела довольно быстро, уже зная, что именно клиент любит, но начала сбиваться после того, как услышала тихий сигнал о параллельном звонке… Это Кир пробивается! Прямо сейчас! Ю-ху, дождалась!
Так быстро я сеанс еще не заканчивала:
— Я насаживаюсь на твой член ртом резко, ритмично. Ты стонешь и пытаешься меня остановить, но головка почти врезается в горло. Я задыхаюсь, но снова и снова глотаю, пытаясь вогнать его еще глубже.
Кончай, блядь. Кончай уже!
— А-а-а-а, — слышу в трубке сдавленное.
Я тоже стону, даю клиенту время опомниться и заканчиваю сахарным шепотом:
— Ты сделал мне очень хорошо, Казанова… спасибо.
Кое-как дождалась, когда он сам выдаст что-то настолько же тошнотворное и отключит вызов. Спешно переключила — да, пропущенный от Кира! Чаще всего клиент, если уже настроился, то не ждет слишком долго — набирает общий телефон и берет любую девочку. Хотя есть и принципиально «верные». Но в этом случае я была уверена, что он захочет именно меня — не зря же вообще позвонил после того, как реагировал на флирт.
Целых двадцать минут телефон молчал, а я его гипнотизировала, боясь даже глубоко вздохнуть, чтобы не спугнуть. Разумеется, перезванивать не стоит, он должен это сделать сам. Да и деньги мне Юрка отчислит только за входящий. И когда уже отчаялась, дисплей засветился.
— Кир? — я ответила сразу. Начинать всегда лучше с того имени, которое клиент назвал. И конкретно этот мужчина чаще всего сам обозначает момент, когда мы переходим к делу.
Обычно довольно сухим «Разденься» или «Заткнись». После этого я перехожу на «вы» и «Мастера».
— Ага, я, — он говорил как-то непривычно весело. — Понимаю, что вопрос прозвучит совсем уж неуместно, но спрошу — с кем болтала?
— С мамой из Саратова, — я тоже невольно начала улыбаться, что особенно просто было сделать под его смех.
А потом вспомнила, что произошло в прошлый раз, и отошла подальше от кровати, словно именно она во всем была виновата. Встала перед окном, уставилась на текущие снизу огни.
— Сколько тебе лет? — прозвучал следующий вопрос, означающий, что сегодня он спешить не хочет.
— Двадцать, — на три года снизила я настоящий возраст. Молодых девочек любит большинство, а этот точно не производит впечатления человека, предпочитающего женщин постарше.
— И сколько из двадцати лет ты в этом бизнесе?
С одной стороны, мне не нравилось, что он тянет и уводит в сторону. Но мое отражение в стекле улыбалось.
