Особенно когда днем он превращается в прекрасного принца… Но терять себя надо ради чего-то! А какой смысл терять себя, если настоящей любви так и не получится? Только чтобы потом на пенсии о веселой молодости вспоминать?
— Не любит? А прямо ты у него не спрашивала?
— Почти… прямо, — я уже в который раз тяжело вздохнула. — Совсем прямо о таком и не спрашивают.
— Ну да. Сильные люди первыми признаются и ждут ответа, — ее рациональность просто убивала. — А лишь потом от этого самого ответа делают выводы.
Я закрыла глаза и решительно помотала головой.
Признаваться я точно не буду. Нет ничего унизительнее, чем признаться в том, что проиграла. Или есть? Например, жалость в его глазах. Да как же такое произошло именно со мной, ведь я всегда себе цену знала? Прикрывать глаза было плохой идеей. Обратно их распахнуть оказалось невероятно сложно. Но вдруг под щекой оказалось что-то удобное — я надеялась, что это плечо подруги, хотя по большому счету было уже плевать.
Уснуть в шуме ночного клуба я не могла, но голова все равно разгружалась от легкой дремоты.
Ольга растолкала меня и предложила выйти на свежий воздух. Пришлось согласиться. А после нескольких минут в прохладе и наедине с собственными мыслями я созрела до нового плана:
— Оль, я дам тебе его номер! Все три! И правда — звони, соблазняй. И адрес дам! Делай что хочешь. Если тебе удастся его соблазнить — так и ладно, на тебя обиды держать не буду, зато точно пойму, что между нами ничего серьезного не было. А если он…
— Ты для начала на ногах хотя бы сама стой! — рявкнула Ольга почему-то раздраженно.
На улице было холодно, но мне это пошло на пользу, голова заметно прояснялась. И я продолжала мысль еще увереннее, тыкая подруге в живот своим сотовым:
— Возьми номер, я серьезно! Давай его проверим, как-грится, на вшивость! К тебе ни одной претензии… А я тогда буду считать, что еще безболезненно отделалась. Ведь дальше-то только хуже…
— Взяла, взяла, успокойся, — она похлопала меня по плечу, но почему-то не перекинула себе цифры, а просто выхватила у меня мобильник.
— Была б ты сейчас в состоянии, мы бы в этот самый БДСМ-клуб рванули — там бы посмотрели на твоего Кира. Или опрос общественного мнения провели бы, как часто он с разными девочками тусит.
— Поехали! — мигом взбодрилась я.
— Не поехали, — она оценила мой вид скептически. — В другой раз, Маш. Сегодня тебе осталось только баиньки.
Спать я не хотела, а душа ныла тоскливо, громко, рвалась изнутри в поисках спокойствия.
