– Что попроще – оставляют на «земле», что похитрее – забирают наверх. У нас-то еще ничего, можно сдюжить, а вот то, что министерский главк забирает, – это вообще не приведи господь никому. Знаешь, что такое «неизвестный науке зверь»?
– Чебурашка? – быстро ответил Виктор, вспомнив детский мультик.
– Не угадал.
– Крокозябра?
– Тоже нет.
– А кто тогда?
– Неизвестный науке зверь – это огромный мохнатый зубр, который может лавировать между струйками так, чтобы не намокнуть. Такая порода зубров, выведенная специально для назначения на должность старшего опера по особо важным делам МВД России.
Ну прикинь сам: у нас всего лишь непутевый сынок депутата с непонятной записочкой – и уже столько геморроя, а если министра какого-нибудь грохнут? Или главу думского комитета? Да вдобавок окажется, что убиенный связан с криминальными структурами, которые подкармливают крупных чиновников? Один неверный шаг, одно неосторожное слово – и тебя схавают с громким сладострастным чавканьем.
Если дело забирают на самый верх, то на собственно раскрытие тратится хорошо если процентов десять времени и сил, потому что обычно секретов никаких нет и всем все известно, а девяносто процентов усилий уходит на то, чтобы все замарафетить и красивенько подать, чтобы и дело закрыть, и не назвать того, кого упоминать нельзя, и не обидеть того, кого обижать не следует. Поэтому, Витя, всегда нужно держать в голове желаемый верхний предел карьеры и за этот предел стараться не выходить.
Я, например, про себя точно знаю, что мой предел – должность начальника отдела на уровне города, выше я уже не потяну. Не потому, что мозгов не хватит, а потому, что противно, характер у меня не тот. Если меня посадить в кресло выше зарубинского, то я из него быстро вылечу, причем с грохотом и вонью. На Петровке играют на уровне юниорской сборной, и это я более или менее освоил, а в лиге профессионалов мне делать нечего, я и себе все ноги переломаю, и им всю игру испорчу.
– Хочешь сказать, что в главке такие крутые опера? – недоверчиво прищурился Виктор.
Об оперативниках министерского уровня он слышал совсем другое. И это «другое» ни в одном своем слове не было хвалебным или хотя бы вызывающим уважение."
"– Хочу сказать, что на уровне главка играют в более сложные игры, и на кону в этих играх стоят более существенные деньги и более важные вопросы влияния и власти. Ладно, вернемся к нашим тощим лысым баранам.
