– Ты вчера нам Очеретина притащил, а он входит в состав одной хитрой группы, которая вполне может оказаться причастной к трупам с записками. Так что спасибо тебе большое, но основную музыку сегодня играют Зарубин и Ромка Дзюба. А мы с тобой и Хомич – так, на подпевках. Нам нужно и Очеретина в камере подержать, пока мы с группой не разберемся, и информацию о записках прикрыть так, чтобы она в суде не прозвучала. Ты ж знаешь, сколько журналистов и всяких блогеров по судам шастают, жареное вынюхивают, а у нас жесткое указание сверху: не допустить распространения информации, которая может вызвать панику у населения.
Чтобы никто и заикнуться не мог насчет того, что по Москве разгуливает маньяк и отвинчивает головы тем, кто когда-то был виновен в ДТП с тяжкими последствиями. Поэтому наша задача изо всех сил делать вид, что Очеретин хотел убить конкретно Леонида Чекчурина, а Майстренко он нам подсунул просто за компанию, для отмазки, чтобы мы начали искать маньяка, а не раскрывать заказное убийство. Ну, помнишь, наверное, у Честертона: «Где легче всего спрятать лист? – В лесу.
– Где легче всего спрятать тело? – На поле битвы».
– Не, не помню. В смысле – не знаю, – честно признался Виктор. – А он кто?
– Писатель. Так вот, отвечает за всю эту шнягу в первую очередь следак, конкретно – Барибан Николай Остапович, и он велел нам быстро-быстро насобирать ему материал, с помощью которого он сделает вышеозначенный вид и выбьет у суда решение о продлении срока задержания, чтобы мы могли еще какое-то время спокойно работать.
– То есть то, что мы сейчас будем делать, это чистая туфта? – на всякий случай уточнил Вишняков. – Мы не убийцу ищем, а поддержку для штанов?
Разочарованию его не было предела. Он так радовался, что сегодня сможет работать вместе с подполковником Сташисом, который сам сказал, что верит в лейтенанта Вишнякова! И вдруг выяснилось, что Антон взял его на какое-то совсем уж сомнительное задание, которое совершенно точно не приведет к раскрытию.
– Именно так. Потому что когда штаны спадают на ходу, бежать за убийцей очень неудобно.
Ну да, тоже верно, вообще-то…
– Антон, а у вас на Петровке всегда так?
– Как – так?
– Ну, с подвывертами всякими. У нас на «земле» с убоями как-то попроще бывает. Мне самому пока не пришлось, Майстренко – мой первый труп, но парни ничего такого не рассказывали, чтоб следаку гнать одно, начальникам другое, прессе третье, а на самом деле вообще все четвертое.
– Это ты верно подметил, с подвывертами, – согласился Сташис.
