Сперва мне было неловко и даже неприятно, что я трачу на это часть денег, которые от всей души, искренне, из самых лучших побуждений давали мне бывшая жена и ее новый муж, ведь они давали их на лечение, а не на мою личную войну. Но через какое-то время я привык и перестал думать об этом.
Человек, по вине которого погибла маленькая дочка доктора Долгих, получил условный срок. У него оказалось очень много денег и достаточно умных советчиков, чтобы правильно этими деньгами распорядиться. Сам он, оборзевший от безнаказанности тяжелый алкоголик с бандитскими замашками, никогда в жизни не додумался бы.
Сразу признал вину, изобразил деятельное раскаяние, оплатил полностью самое лучшее лечение пострадавшим и добровольно, еще на досудебной стадии, выплатил огромные компенсации семьям погибших, купил самые дорогие места для двух захоронений, публично бил себя в грудь. Уверен, что и следователю, и прокурору занес, сколько надо, чтобы формулировки были помягче. Суд все это учел при вынесении приговора и назначении наказания.
Данные на подсудимого есть в архивных документах суда, никаких проблем. Алексей Пруженко, житель Владимирской области. Год и место рождения. Адрес по прописке. Место работы."
"Я легко нашел его во Владимире, выяснил все, что мне было нужно, спланировал акт устранения. В том, что мне вовремя не поставили диагноз, виноват не терапевт Долгих, а именно этот Пруженко. Вот кто является первоисточником зла! Вот из-за кого я сейчас нахожусь между жизнью и смертью! Если многократные курсы терапии не дадут результата, я умру, и виновен в моей смерти будет он и никто другой.
Если результат будет хорошим, то всю оставшуюся жизнь я проведу под дамокловым мечом рецидива, каждый день и каждую минуту думая о том, что рак вернется и выстрелит новыми метастазами. Моя жизнь превратится в кошмар непрерывного страха, при котором малейшая боль в любой части тела будет расцениваться как возможный симптом. И в этом тоже будет виноват Пруженко. Правда, такой вариант я рассматривал чисто гипотетически, просто чтобы подкрепить свою сумасшедшую логику.
В положительный результат лечения не верилось совсем, и в каком-то смысле мне это развязывало руки.
Он часто бывал в Москве, крутил здесь свой бизнес. Подловить его в одиночестве и в нужном месте оказалось непросто, но я спешил, хотелось успеть закончить до отъезда за границу на очередной курс лечения. Ненависть провоцировала такой выброс адреналина, при котором мои опасения как профессионала отметались напрочь.
