— Схватка полноценного кланового модификанта в идеальном состоянии и рукопашника четвертого ранга с полуживым, захлебывающимся кровью и едва стоящим на ногах человеком вы считаете честным поединком? — после чего обвела взглядом всех находящих в ангаре десантников клана Корт и оставшихся в живых членов клана Кернет, а потом холодно закончила: — Если бы вы честно дрались в круге, Таибрен, я бы ничего не смогла сделать. Никто не имеет права вмешаться в схватку в круге, даже если она нечестная. Круг — есть круг, в нем только двое и вечность.
Но вы сами отказались от круга, так что я просто… немного уравняла шансы, — после чего повернулась к Нику и, кивнув в сторону пытающегося подняться Таибрена, коротко бросила: — Он ваш, «Голос».
Ник в очередной раз сплюнул кровь, потом оттолкнулся от стены и, стараясь не особенно раскачиваться, потому что опасался упасть и уже не подняться, поковылял к своему врагу. Мой — значит мой…
Таибрен встретил его на ногах. Дрожащих. Похоже, его метаболизм был заточен под максимальную живучесть.
Ник был уверен, что если бы его так же расстреляли из скорчера, он вряд ли смог бы подняться, либо сразу сдох, либо… чуть погодя, если, конечно, его не успели бы заткнуть в медкапсулу или полевой регенератор. А этот вон стоит, хотя и с трудом, еще и грабки к Нику тянет. А вот хрен тебе на воротник — теперь моя очередь…
Впрочем, дотянуться до Ника Таибрен все-таки смог. Едва только слегка подпаленная клешня вцепилась Нику в левую ключицу — землянин взвыл, а когда послышался глухой треск и Ник почувствовал, как его ключицу с натугой выдирают из тела, он зашипел и, не помня себя от ярости и боли, вцепился правой рукой в адамово яблоко своего врага.
Его противник захрипел, но не отпустил ключицу, а, наоборот, с силой рванул. Ник почувствовал, как его сознание от дикой боли начинает уплывать, и последним усилием стиснул пальцы и дернул правой рукой… А затем ухнул в беспамятство.
Глава 9
— С возвращением, партнер!"
"Ник выбрался из капсулы и молча принялся надевать лежащий рядом с ней комбинезон.
Не свой. От его собственного почти ничего не осталось еще на «Броске», а в какое тряпье он превратился во время схватки с Таибреном — вообще страшно подумать. Так что никаких вопросов.
Одевшись, он бросил взгляд в полированную дверцу шкафа с аппаратурой, стоящего слева от капсулы, пригладил волосы и развернулся с Трис.
— Ну, какие новости?
Трис пожала плечами.
— Первая — это то, что ты все-таки, несмотря на всю свою глупость, жив.
