Его эрегированный член, спрятанный в деним, толкает в мою мягкую плоть. Ох… Я простонала, и все ранее скрытое сексуальное напряжение прорывается, возобновленное с новой силой, смывая мой мир с желанием и необходимостью."
"Управляемый своими демонами, он настойчиво целует мое лицо, мои глаза, мои щеки, линию вдоль моего подбородка.
— Я здесь, — шепчу я, пытаясь успокоить его, наше разгоряченное, задыхающееся дыхание смешалось. Я обнимаю его руками за плечи, в то время как прижимаю к нему свою попку.
— О, Ана, — задыхается он, и его голос грубый и низкий.
— Ты мне нужна.
— Ты мне тоже, — тут же шепчу я, мое тело отчаянно нуждается в его прикосновениях. Я хочу его. Я хочу его сейчас. Я хочу исцелиться им… Я нуждаюсь в этом.
Его рука опускается вниз к кнопкам на его ширинке, на мгновение возится, а затем освобождает свой эрегированный член.
Твою мать! Я спала меньше, чем минуту назад.
Он передвигается, пристально смотрит на меня долю секунды, временно отстраняясь от меня.
— Да.
Пожалуйста, — выдыхаю я и мой голос прозвучал хрипло и возбужденно.
Одним стремительным движением он хоронит себя внутри меня.
— Ах! — Я кричу не от боли, а от удивления, от его проворства.
Он стонет, и его губы снова находят мои, в то время как он входит в меня, снова и снова, его язык также обладает мной. Он двигается с отчаянием, подчиненный своему страху, своей жажде, своему желанию, своей… любви?
Я не знаю, но я с радостью встречаю его толчок за толчком.
— Ана, — почти невнятно рычит он и мощно кончает, наливая себя в меня, его лицо напряжено, тело твердое, прежде чем он обрушился всем своим весом на меня, задыхаясь, и… он снова оставил меня неудовлетворенной.
Черт возьми. Это не моя ночь. Моя внутренняя богиня собирается потрошить себя. Я удерживаю его, делаю глубокий вдох воздуха и, в сущности, извиваюсь под ним с настойчивой потребностью.
Он выходит из меня и удерживает меня на время… долгое время. Наконец, качает головой и опирается на локти, облегчая часть своего веса.
Он пристально смотрит на меня, как если бы увидел в первый раз.
— О, Ана. Господи, Помилуй. — Он наклоняется и целует меня с нежностью.
— Ты в порядке? — Вздохнула я, лаская его любимое лицо. Он кивает, но выглядит потрясенным и совершенно разбуженным. Мой потерянный мальчик. Он хмурится и пристально смотрит в мои глаза, в конечном итоге, осознавая где он находится.
— Ты? — спрашивает он, озабоченность звучит в его голосе.
