Это то, что волнует его? Что он бы обидел меня? Почему у меня больше веры в него, чем у него самого? Я не понимаю, мы же продвинулись дальше. Он обычно так силен, все контролирует, но без этого, он потерян. Ох, Пятьдесят, Пятьдесят, Пятьдесят… мне очень жаль. Он целует мои волосы, я поднимаю свое лицо, и его губы ищут, берут, дают, просят, находят мои — для чего, я не знаю. Я просто хочу чувствовать его губы на моих, и я отвечаю на его поцелуй со страстью.
— У тебя такая вера в меня, — шепчет он после того, как разрывает объятия.
— Да.
Он поглаживает мое лицо костяшками пальцев и кончиками больших пальцев, пристально глядя в мои глаза. Его гнев ушел. Мои Пятьдесят вернулся оттуда, где бы он не был. Я рада видеть его. Я смотрю застенчиво и ухмыляюсь.
— Кроме того, — шепчу я, — ты не сделал домашнее задание.
Его рот широко открывается в радостном шоке, и он снова прижимает меня к груди.
— Ты права. Не сделал. — Он смеется.
Мы стоим посреди комнаты, заключенные в объятья, просто держа друг друга.
— Пойдем в постель, — шепчет он, после, Бог-знает-сколько-прошло-времени.
О…
***— Кристиан, нам нужно поговорить.
— Позже, — умоляет он тихо.
— Кристиан, пожалуйста. Поговори со мной.
Он вздыхает.
— О чем?
— Ты знаешь. Ты держишь меня в неведении.
— Я хочу защитить тебя.
— Я не ребенок.
— Я вполне осведомлен об этом, миссис Грей. — Он проводит руками вдоль по моему телу и накрывает спину. Сгибает свои бедра и прижимает ко мне нарастающую эрекцию.
— Кристиан! — Ругаюсь я. — Поговори со мной.
Он еще раз вздыхает с раздражением.
— Что ты хочешь знать? — Его голос покорный как и он, дающий мне волю. Я отклоняюсь — я не думала, что он отпустит меня. Беря мою руку, он опускается вниз, чтобы поднять мое письмо с пола.
— Много чего, — бормочу я, позволяя ему проводить меня к дивану.
— Садись, — командует он.
«Некоторые вещи не меняются», — размышляю я, делая то, что мне сказали. Кристиан садится рядом со мной и наклоняется вперед, кладя голову на руки. О нет. Это слишком тяжело для него? Затем он садится, проводит обеими руками по своим волосам и поворачивается ко мне, одновременно выжидающий и смирившийся со своей судьбой.
— Спрашивай, — говорит он просто.
О. Это легче, чем я думала."
"— Почему увеличена охрана твоей семьи?
— Хайд угрожал им.
— Как ты узнал?
— Из его компьютера. В нем были персональные данные обо мне и остальной части моей семьи. Особенно о Каррике.
— Каррик? Почему он?
— Я пока не знаю. Пойдем спать.
