Когда спустились с лестницы, Жак Кер, державший Катрин за руку, быстро повел ее через гостиную к двери, выходящей во двор. Нужно было только не напороться на стол и скамейки. Каменный пол был безопасным – он не скрипел. Но когда Жак положил руку на задвижку двери, раздался сухой щелчок, и это заставило их прижаться к стене и затаить дыхание.
Оказалось, что это треснул сучок в камине, подняв облачко золы, прикрывавшей угли, чтобы они не потухли до утра.
Жак перевел дыхание, Катрин облегченно выдохнула. Они смущенно улыбнулись друг другу.
Потихоньку, сантиметр за сантиметром, створка двери открылась. Жак поставил свечу на землю и вывел за собой Сару и Катрин, потом закрыл дверь. Под навесом, прямо перед ними из конюшни выбивался свет. Они направились туда.
– Это мы, брат Этьен, – прошептал Жак.
В конюшне брат Этьен вовсю работал. С помощью тряпок, взятых в гостинице, он старательно оборачивал копыта лошадей и делал это так спокойно, словно читал молитву. Жак и Сара стали ему помогать. Через некоторое время все было готово к отъезду, и, пока Жак открывал ворота, остальные зажали ноздри лошадям и одну за другой вывели их на улицу, которая выходила к церкви Сен-Круа.
Оттуда ярмарочная площадь поднималась к колокольне; далее дорога вела к замку, приземистая масса которого вырисовывалась на фоне неба. Катрин тут же стянула манто на шее. Ветер, продувавший площадь, был колючим и сухим. Стояла темень, и только около подъемного моста перед замком горел факел-светильник, блестевший в ночи, словно красноватая звезда.
Цепочка домов, казалось, вытекала из мощной крепости, каменная корона которой доминировала над несуразными крышами, подпиравшими одна другую. А там дальше около церкви поднималась башня с глухими стенами.
– Тюрьма, – сказал Жак Кер, как будто бы хотел придать смелости Катрин. – Идите за мной. Нам нужно подняться к замку.
– К замку? – переспросила Катрин.
– Ну да. Жюстен Эспера ждет нас около стены. Там вверху стена замка и городская стена сходятся.
– Ну и что? Я не понимаю, к чему вы клоните?
– Увидите.
Небо, кажется, поддерживает нас. Этот зимний мороз настолько силен, что камни в стене потрескались и образовалась брешь. Ее охраняют, разумеется, в ожидании окончания холодов и не производят ремонт. И с часа ночи охранником будет Эспера.
Катрин не ответила. Возразить было нечего, к тому же подъем был крут, и по мере того, как они продвигались вперед, холод затруднял дыхание. Нужно было крепко держать лошадей, чтобы они не скользили.
