Дюниша, несомненно, считала ее виновной в аресте Феро и ненавидела ту, которая отняла его и за которую он пойдет на виселицу. Катрин решила, что необходимо ее остерегаться: Дюниша была не из тех, кто сдерживает свою ненависть, она постарается отомстить.
Катрин обернулась, услышав призывный звук труб. День вступил в свои права. Меж зеленых травянистых берегов под лучами солнца Луара блестела как огненный поток, а над этим ярким потоком по мостам, перекинутым через светящуюся ленту реки, двигался большой кортеж.
Рыцари в воинских доспехах резко контрастировали с всадниками в светлых платьях, в окружении которых передвигался большой экипаж. Его голубые шелковые пологи были украшены золотыми лилиями. Внутри расположилась дама, укутанная в облако белого муслина, рядом с ней кормилица держала грудного ребенка, три маленькие девочки, восьми, пяти и трех лет, сидели с двумя фрейлинами. Перед отрядом лучников, пажей и герольдов шагал знаменосец с тяжелым флагом.
С бьющимся сердцем Катрин увидела на нем гербы Франции и герцогства Анжу.
Инстинктивно она остановилась, но сержант уже подталкивал ее и лучников на зеленую обочину:
– Королева! Дорогу! Не забудь поклониться, египтянка, когда наша великодушная госпожа будет проезжать мимо.
Катрин была далека от того, чтобы забыть предостережение. Мария Анжуйская, королева Франции, была скромной и бесцветной женщиной, но обладала великолепной памятью, а Катрин в течение нескольких месяцев была ее придворной дамой.
Маловероятно, что она узнает ее в цыганском костюме, но сейчас в этом платье служанки из богатого дома, в чепчике, прикрывшем ее волосы, все могло случиться. Только немного смуглый цвет лица и черные дуги бровей маскировали ее. Уже вчера ночью, когда она ложилась спать, графиня Ла Тремуй с задумчивостью разглядывала свою новую служанку.
– Странно, – сказала она. – Мне кажется, что я тебя уже где-то видела.
Ты мне кого-то напоминаешь… но не могу сказать кого.
Катрин благословила этот провал в ее памяти и поспешила ответить, что благородная дама имеет в виду одну из ее сестер, приходившую танцевать в замок. Недоставало только, чтобы графиня, порывшись в памяти, вспомнила, кого ей напоминает цыганка! И на самом деле дама перестала об этом думать. А если королева ее узнает, то произойдет катастрофа.
