- Почему? - эхом повторяет он хмурясь, словно суть моего вопроса остается для него загадкой.
- Почему ты хочешь развестись со мной? - спрашиваю я. - Объясни. Я не понимаю.
Лицо Максима похоже на маску. Молчание, еще более угнетающее, чем прежде, сковывает пространство вокруг нас до тех пор, пока не случается взрыв.
- Что еще ты хочешь от меня, Влада? - почти кричит он. - Я даю тебе вожделенную свободу, которую твой отец и я так бесцеремонно отняли у тебя!
Причем тут мой отец? В чем обвиняет себя Максим? Я хочу сказать, что свобода не так желанна, как он думает, но мой язык прилипает к гортани, и я лишь беспомощно смотрю на него, не в силах оторвать взгляд.
У Максима с этим проблем не возникает: он отводит глаза от моего лица и смотрит на мои пальцы, которые по-прежнему цепляются за его локоть. Вместе с тем неподвижная гримаса на его лице смягчается, складка на лбу разглаживается, губы, до этого сжатые в тонкую линию, обретают свою привычную мягкость. Он снова смотрит мне в глаза. Не говорит ни слова, но в глубине зеленых глаз загорается пожар, который мне уже знаком, и воздух вокруг словно потрескивает от сгущающейся вокруг нас энергии.
Отчетливой сексуальной энергии, которая сейчас, на пепелище нашего брака, кажется совершенно неуместной.
Мои пальцы рефлекторно дергаются, воздух застревает в легких, желудок сжимается, жар прокатывается снизу вверх по всему телу, разгораясь с особенной силой внизу живота.
Беспомощно смотрю на Максима, глаза которого сумрачно темнеют, а высокие скулы покрываются темным румянцем.
Это неправильно. Лишнее сейчас, когда между нами так много непонятного. А еще он хочет развестись. Но когда его пальцы накрывают мои и сжимают с силой, которая одновременно пугает и вселяет надежду, разумные мысли перестают меня тревожить.
- Ну что тебе не сидится на месте, а? - со злостью цедит он, впечатывая мою спину в стену гостиной. - Почему не знаешь, когда лучше промолчать?
Его брови угрожающе сдвигаются, а глаза, кажется, метают молнии. Но уже в следующий миг жадные губы стремительно накрывают мой рот, а его бедра прижимаются к моим.
- Скажи «нет», - выдыхает Максим мне в рот. - Скажи.
Его язык танцует по моей шее, а ладонь с силой сжимает ягодицу, посылая по всему моему телу горячие волны удовольствия.
- Скажи, черт возьми!
- Максим... Пожалуйста, - всхлипываю я.
- Это не «нет», - бросает он одновременно с тем, как его пальцы заползают под резинку моих домашних шорт и трусиков и касаются голой кожи.
