Никого в пустой палате не наблюдалось.
– Показалось, – сам себя успокоил Роман. – От этих препаратов что угодно привидится…
Выйдя из клиники, Камилла быстро прошла через парк и, войдя в собственную квартиру, разрыдалась.
Бледный как смерть Демьяновский с загипсованной рукой пребывал в царстве Морфея. Пришлось даже посидеть в кабинете у Алины, подождать, когда бывший любовник крепко уснет. Камилла заглянула к нему всего лишь на секундочку. Вгляделась в измученное болью лицо и внезапно ощутила порыв броситься к Ромке.
Обнять и зацеловать. Остаться рядом и ухаживать за ним. Быть вместе в любви и в горести.
– Уходим, – прошептала стоявшая неподалеку Ева. – Кажется, пришел кто-то из Деминых родственников. Внизу документы оформляют. Миша эсэмэску прислал.
– Прощай, – прошептала Камилла в последний раз, глянув на спящего Ромку. – Может, свидимся когда-нибудь…
Она быстро вышла из палаты вслед за Дуськой. Свернула за ней в небольшой узкий коридор и тут же оказалась в кабинете Алины. Надела пуховичок и, сопровождаемая Евой Макаровой, спустилась по служебной лестнице вниз.
Какие-то пожилые люди сдавали в гардероб вещи. Рядом спокойно стоял Агафонов и что-то увлеченно рассказывал. Успокаивал. Дородная женщина с короткой стрижкой седых волос и высокий кряжистый мужчина слушали его внимательно.
– Мать Демы и мой свекор, – заговорщицки пробубнила Евдокия, схватив Милку за руку и таща к выходу. – Они поженились, представляешь. И Мише ничего не сказали, партизаны хреновы…
– Дуся, – пробормотала Камилла, наблюдая, как старики спешат за Агафоновым к лифту, – я тебя очень прошу.
Не говори никому о моем ребенке…
– Не скажу, – улыбнулась Ева. – Вы помиритесь, и ты сама все расскажешь. Из вас с Романом получится страстная парочка…
– Нет, – мотнула головой Милка. – Мы расстались навсегда. Когда любишь человека, доверяешь ему во всем. Любовь не мыслит зла, – прошептала она.
– Кто это сказал? – изумленно пробормотала Евдокия. – Очень умно.
– Апостол Павел, кажется, – печально улыбнулась Камилла и добавила неохотно: – Тут один человек появился.
Классный такой. Мы пока просто общаемся. И если все сложится удачно, я выйду за него замуж…
– А он знает о ребенке? – ошарашенно вскинулась Ева. – Ты ему сказала?
– Конечно знает, – кивнула Милка. – Иногда мужчина так влюбляется в женщину, что и дети не преграда. Поэтому молчи, ладно? Мне разборки с Демьяновским уже надоели. Я попрощалась с ним, – вскинув голову, твердо заметила она.
– Хорошо, как скажешь, – пролепетала Ева.
