Но против воли восхитилась — это ж какую прорву силы надо иметь, чтобы так надолго извращать естественные законы природы?!
Если бы ученицы Столичного Института Божественных Сестер увидели наше общежитие изнутри, они бы немедленно развоплотились и отправились туда, куда уходим все мы после долгой и приятной жизни."
"Снаружи здание выглядит великолепно — пять этажей, вход по центру и сразу понятно, что девочки налево, мальчики направо. Но! Но внутри все совершенно иначе и в девичьих гостиных можно увидеть молодых ребят.
Точно так же как и наоборот.
Все, что смогли сделать профессора, это настроить сигнализацию так, чтобы юных любовников переносило из постелей (или шкафов) прямо в кабинет ректора. Вот как есть, так и переносило.
Постепенно эти чары расползлись на всю Академию и пару раз случались казусы с профессорами — у нас ведь и семейные пары преподают!
— Вся банда в сборе, — вздохнул вдруг Гамильтон.
А я, знавшая, что он давно потерял нюх, удивилась:
— Как ты их почуял?!
— Во-первых, я не полностью утратил обонятельные способности, — оскорбился пес.
— Во-вторых, Марижан, когда бесится, выпускает когти, хлопает дверью и на косяке остаются глубокие борозды. Ночью предметы мебели и стены восстанавливаются сами собой, утром этого не было, а значит…
— Значит моя бесноватая соседка опять цапнулась с моими друзьями, — вздохнула я.
А все потому, что у Мари не клеится с одним из оборотней. Мерзавец перегулял со всеми, кроме нее. И когда она страдала по этому поводу, мы не поддержали, а подкололи.
Да еще и я пару советов дала. И так из просто соседей мы стали практически врагами.
Хотя я отказываюсь воспринимать своих сокурсников как врагов. Много чести! Враги там, на границе. Темные твари проходящие сквозь прорехи в защите — вот кто истинное зло. А эти так, в лучшем случае неприятели!
Руку начало неприятно покалывать и я ускорила шаг. Миледи проректор проклинает качественно, а к академическим врачевателям обращаться бесполезно — они меняются как перчатки у модницы и не имеют за душой ничего, кроме диплома Божественных Сестер.
Ввалившись в гостиную, я, не обращая внимания на приветствия ребят, сразу протопала в спальню. Уже через пару мгновений в спальне стало тесно: мои друзья — тонко чувствующие натуры, уважающие чужое личное пространство. А потому они сразу же проследовали за мной.
— Ух ты, что ты сделала миледи проректору?
— Я осмелилась прикрыть ей рот ладонью, — честно сказала я.
