— Магическое бессилие?! — Тина прижала ладони к щекам, — как же мы теперь вернемся?
— Марон зачар…
— Нет! — в два голоса выкрикнули друзья, а после Тина жалобно добавила:
— Я не хочу опять на болото.
— Тогда пойдем пешком, — я была настроена оптимистично, — и посмотрим, что там за заклятья на дворцовой ограде!
Ну а что? К своим приступам я давно привыкла. Оно и хорошо, что дар уснул сейчас — не опозорюсь на замере сил.
3.6
— Нам бы хоть извозчика нанять, — вздохнула Тина. — Но мой «гулятельный» кошелек показал подкладку на последней чашке сливочного кофе.
— У меня четыре медные монеты, — жизнерадостно сказал Марон, — хватит на четыре чашки ромашкового чая. Будем идти и пить.
— Да? — скептически уточнил Гамильтон, — тогда я поеду на твоих плечах, умник.
— А едь, — ничуть не смутился парень, — вес тебе только уменьшу, а то твой зад слишком тяжел для простого мага.
— Я тебе знаешь что уменьшу? — завелся Гамильтон, не терпевший намеков на излишнее количество складок на шкуре.
Так, склочничая и подкалывая друг друга мы прошли часть пути.
И тут я увидела их…
— Нет, — выдохнул Марон. — Нет-нет-нет.
— Ну конечно нет, — я небрежно облокотилась на низкую каменную ограду за которой стояли прекрасные пегасы. — У нас и денег нет, да и смысла в этом нет — пегасы летают низко и защитную стену вокруг дворцового комплекса преодолеть не смогут. У всех свой уровень, Марон.
Друг побледнел и прижал к губам пальцы, собранные в щепоть. Хм, просит милости у богов? Это он зря, боги обладают своеобразным чувством юмора.
— Уровень пегаса — карета, цепляющая колесами крыши, — покивал Гамильтон и зевнул, — не даром же сейчас пытаются их запретить. Урон от них ого-го, а пользы-то и нет почти.
— Потому что надо вернуть их туда, откуда взяли, — поддакнула я.
После того занимательного полета, мы с Гамильтоном слегка освежили свои познания в зоомагии и пожалели, что так часто прогуливали. То есть, пропускали бессмысленные занятия по уважительной причине.
Тихий шелест и надо мной навис огромный ало-глазый крылатый конь.
— Ну что ты, хороший, — я смело положила ладонь ему на мощную шею, — обиделся? Ну прости, сказала то, что думала. Я постараюсь так больше не делать. Идемте, отдохнули и хватит. Бедные ходят пешком.
Пегас же, насмешливо фыркнув, коснулся бархатистыми губами моей щеки. И я вдруг устыдилась. Он ведь не виноват, что закон вот-вот будет принят и пегасов выкинут в их умирающий мир. И так же он не виноват в том, что я опять нарушила правила и покинула дворец.
