Мол, такая-то такая-то, леди такого рода, обладает даром ровным, гладким, аккуратным.
— Гладким и аккуратным? — я поперхнулась смешком, — ты серьезно?
На что Марон честно сказал:
— Ну ты же не думаешь, что мне кто-то дал что-либо почитать? Я там услышал, тут услышал. В любом случае, дадут — хорошо. Тебе не помешает, верно?
— Верно, — согласилась я. — Очень даже не помешает. Не решит проблему полностью, но…
Я не договорила, поскольку все и так было понятно. Единственной неясностью был сочувственный взгляд Тины:
— А как ты собираешься свести две жизни воедино?
— О чем ты? — я попыталась улыбнуться.
— Окраинная баронесса живет в своем замке, — тихо-тихо проговорила Тина. — Супруга Правителя живет во дворце.
— Я не думаю об этом, — честно сказала я."
"«Потому что даже близко не представляю, как свести все воедино. Я не могу подвести своих людей. И я… Я даже не представляю, как буду терпеть нелюбимого мужа».
— То есть ты не рассматриваешь вариант, что лорд Рентийский будет выть во имя луны именно с тобой? — недоуменно спросил Гамильтон.
— Нет, ты молчала, я по твоему лицу уловил примерное направление мыслей.
— У него тоже есть обязательства. И он тоже не может их преступить, — спокойным, ровным тоном произнесла я. — Пора выбирать платье.
Тина, как и положено лучшей подруге, сочувственно сопела за спиной. Чем, с одной стороны, успокаивала, а с другой страшно раздражала.
— Хватит. Ты видишь хоть какое-то решение?
— Родственники?
— Мать, ее сын от любовника и сам любовник, — прошипела я и петлей левитации вытянула все платья из гардеробной.
— Но Фоули-Штоттен от кого-то же пошли, верно? То есть, были Фоули и были Штоттен. Давайте возьмем девочку Фоули, мальчика Штоттен, поженим, а их ребенок возглавит баронство.
— Последней из рода Фоули на данный момент около ста пятидесяти лет, — я повернулась к подруге, — она, ну знаешь, немного не может поучаствовать в брачных играх. Да и у Штоттенов тоже сложная ситуация — старшему восемьдесят семь, он не маг и потому выглядит хуже, чем мог бы.
Однако же старик довольно бодр. А вот младшему семь месяцев.
— Да, не получается. А если…
— И все они уже очень давно живут в центре страны, являются не то что побочными, а очень сильно побочными ветвями своих вымерших родов. Вот это.
— Ты его уже надевала, — возмутилась подруга. — Синее с серебром, мы тогда еще гулять пошли и тебя прохватило магическое бессилие! Учитывая, что невест ждет замер силы… Может, не стоит?
— Серебряное с синим, — поправила я подругу.
