На них охотились, их детей похищали и, в итоге, секреты их искусства были утрачены. Те мастера, что рождались после… Они уже не могли создать нечто особенное, их уделом была лишь первая ступень — ледяная сталь.
— Или не хотели, — мягко произнесла я. — Мастер Дейтор предпочитал жить тихо и скрытно, не выделялся, но исправно создавал клинки для дружины. Наконечники для стрел и многое другое.
А еще у нас есть особые орудия, которые поглощают просто дикое количество магии. И они, я уверена, были созданы отцом мастера Дейтора.
Но об этом я говорить не стану даже Кристофу.
Очередной поворот привел нас в тупик. Но Кристоф, как и Гамильтон, не замедлились и не остановились, они продолжили движение! Что ж, не самая плохая компания для того, чтобы убиться об стену, решила я и тоже не стала останавливаться.
Мы прошли сквозь каменную кладку и оказались у высокой стрельчатой арки. Подле нее дежурил молодой парень в мантии придворного мага. Или ученика придворного мага? Я не помню, у которого из них должны быть белые нашивки на рукавах…
— Правитель, — парень побледнел и склонился в поклоне.
— Правитель…
— Я знаю, зачем ты здесь поставлен, — спокойно произнес Кристоф. — Власть меняется. Я несу в сокровищницу артефакты, которыми более не имею права владеть. Это пара мастера Тенрайно, клинок и перчатки.
Но маг побледнел еще больше:
— Вы не должны от них отказываться! На Совете…
— Ученик придворного мага будет указывать мне, что я могу, а что нет? — светски осведомился Кристоф.
— Я-я-а должен доложить!
И дурачок стрелой сорвался с места, оставив, собственно, проход открытым.
Мы вошли под арку, а дальше нас вел уже Гамильтон. И если Кристоф не мог понять, откуда моему компаньону известны все проходы, то я сердилась. Ушастого пройдоху ждет серьезный разговор!
Все дело в том, что создания иных миров способны отделять дух от тела. Вот только из-за нашей с Гамильтоном связи, каждое такое отделение может стать для него последним! И я брала с него слово, что…
Мой компаньон бросил на меня короткий взгляд и вздохнул.
И я тут же вздохнула с ним в унисон — я бы тоже так поступила. Ради родного, ради близкого человека — рискнула бы.
«Но поворчать-то я обязана же?», подумала я и подмигнула обернувшемуся на меня псу. Только дернул ухом и ускорил шаг.
Милтон спал в окружении россыпи драгоценностей. И это при том, что сама сокровищница была больше похожа на склад — стеллажи со скучными сундуками и непонятными подписями, вроде «Встр.н. Албрскп-63. ДрКнз».
