"
"— Вас, виконт, ничего не должно настораживать, — я чуть усмехнулась, — а что касается принца-бастарда — напомню, мне он не жених. У каждой крылатой невесты есть освещенное законом право отказаться от внезапно появившегося второго жениха. И я своим правом воспользовалась.
— Очень зря, — проронил виконт.
— Очень не в первый раз я это слышу, — кивнула я. — Вы закончили?
— Нет, — в глазах виконта блеснуло какое-то неприятное предвкушение.
— А я — да, — отрезала и направилась прочь из зала.
И нет, не будь у меня причины — я бы не стала дразнить гусей.
Но до крайности виноватая морда Гамильтона не просто намекала, а кричала о наступивших неприятностях.
А потому мне пришлось приложить определенные усилия, чтобы мой уход не выглядел побегом!
Сразу поговорить не получилось — в коридоре стояла стража, да и сестра Мирта покинула зал следом за мной. Правда, при этом у нее получилось оставить при себе свое мнение, что очень сильно меня удивило.
Одно хорошо — Гамильтон знал, куда идти, а потому, через пару минут, мы закрыли за собой дверь в хозяйственное помещение.
Да-да, этакий чуланчик. Увы, даже в самом красивом замке есть помещение, где хранятся тряпки, ведра и швабры — не всю грязь можно убрать магией.
Сев на перевернутое ведро, я тяжело вздохнула:
— Рассказывай.
— Милтон внутри сокровищницы.
— Здесь есть сокровищница? — оторопела я.
— Не здесь, — выразительно произнес Гамильтон. — В сокровищнице основного дворца.
— Я так понимаю, вариант с «так пусть выходит оттуда», не вариант, — совсем не вопросительно произнесла я.
— Охранные заклинания усыпили его, — Гамильтон, разом позабыв про все свое военное прошлое, выдавал информацию в час по чайной ложке.
— Это, я так понимаю, не самое худшее?
— У него в лапах очень украшение, — мой компаньон тяжело вздохнул, — даже издалека оно выглядит дорогим. И оно повреждено — он пытался им открыть сундук.
Много-много лет я так же не удержала на языке эту фразу. И тогда леди Ауэтари недовольно дернула ухом и предельно вежливо сообщила, что в следующий она откусит мне язык.
Потому что подобные слова не украшают леди и, раз леди сама за своим языком уследить не может… Что ж, значит оной леди он и не нужен.
— Мы не можем атаковать сокровищницу, — медленно произнесла я. — Не можем.
— Не можем, — согласился Гамильтон.
— Милтона мы бросить тоже не можем.
— Не можем, — кивнул Гамильтон.
— Если нас поймают на взломе сокровищницы, то оправдаться мы никак не сможем.
— Верно, — согласился мой компаньон.
