— Жена Правителя должна быть пластична, она должна уметь увлечь своего супруга танцем, — растягивая гласные произнес Индир Рентийский, — здесь и сейчас мы хотим увидеть, как вы танцуете.
И прежде, чем я успела саркастично поинтересоваться, с кем именно мы должны танцевать, как в зал вошли оставшиеся дружки-приятели нашего будущего Правителя. И во мне зародилось подозрение, что все это не просто так — ведь сам бастард протянул руку Лилиане Морей, а остальные милорды… Очень уж уверенно и целенаправленно они шли.
Ко мне, к слову, устремился виконт Руани.
Значит ли это, что бастард уже успел что-то кому-то пообещать или же…
— Леди танцует со мной, — низкий, опасный голос заставил меня замереть.
А после, когда виконт, побледнев, отступил, повернуться и негромко сказать:
— Вам наскучил балкон, Кристоф?
— Все самое интересное здесь, — усмехнулся он и положил руку мне на талию. — Так как вы собираетесь увлекать супруга танцем?
— Меня учила танцевать леди Ауэтари, — хмыкнула я, и легко подстроилась под музыку, — точно так же, как она следила за моим голосом и игрой на музыкальных инструментах.
— Леди Ауэтари, — медленно произнес Правитель, — звучит довольно незнакомо. Она была из Империи Штормов?
— Нет, — улыбнулась я. — Она была из Псовьего мира.
Кристоф задумался, да так, что мы с ним едва не сшибли Индира с Лилианой. Только в последний момент Правитель отмер и увел нас с опасной траектории. Но, зато, я успела увидеть, как морщится леди Морей — бастард наступил ей на ногу.
— Что еще нас ждет, Кристоф? Невесты напуганы, — я кивнула ту, которую недавно пыталась утешить, — кто их защитит?
— Я, — спокойно сказал Кристоф.
И закрутил нас так, что я упала ему на грудь, а моя юбка на краткие секунды сковала наши ноги.
Вскинув голову, я поймала его уверенный, спокойный взгляд и не стала напоминать о том, что править ему лишь до конца отбора.
Музыка оборвалась и нас всех вновь расставили полукругом. Надеюсь, это все? Или нам еще выть придется, дабы показать, как именно мы будем услаждать супружий слух?
12.
5
Пришлось. Но, по счастью, хором. А заводила этим всем безобразием леди Лилиана Морей. По мнению принца-бастарда она была «словно создана для этого». Это он так неслабо намекнул, что видит ее своей супругой?
— А вы ведь не пели, леди Фоули-Штоттен, — прищурился виконт Руани, когда внезапный урок вокализа был завершен.
— Да как-то не в голосе, — спокойно ответила я.
— И ваш выбор пьесы… Если это можно назваться пьесой, очень настораживает.
