— И Совет Крылатых разумно поступал, когда смещал их без крови. Нет ни одного прецедента, когда после такого вызова Правитель оставался во главе страны.
Мне стало не по себе. Но с другой стороны, Окраины защищены старыми клятвами, эдиктами и приказами, договорами, которые написаны не на бумаге, они выжжены на тонких пластинах ледяной окраинной стали. Мы выстоим. Обязательно.
— Нужно узнать больше об этом, — Тина выразительно посмотрела на Мири, — может, мы можем сделать нечто большее, чем просто сказать «я-против».
— А, точно-точно, — покивал Митар, — припоминаю. Невеста могла отказаться от мужа, но там… Там тоже что-то нечисто. Кто же выступил против принца-бастарда?
— Я.
Митар посмотрел на меня, тетушка Тария прикрыла рот ладонью, и я… Я ожидала, что меня попробуют пристыдить, но услышала совсем иное:
— Папина кровь!
— Батюшкин характер…
Это муж с женой выдохнули одновременно.
— Пока кровь Фоули-Штоттен сильна — Окраины выстоят, — усмехнулся Митар. — Именем баронессы Вильгельмины Фоули-Штоттен я закрываю границы.
Кашлянув, он встал из-за стола и развел руками:
— Сказано красиво, теперь надо сделать не хуже.
Он сгреб порталы и вышел.
— Без прогулки? — уныло спросила Мири.
— Отчего же? — удивилась я. — Прогуляемся. Только ты с Тиной, Эйрой и Мароном пойдешь. Мне нужно кое-куда зайти.
И я, оставив принцессу на попечение друзей, вышла из-за стола и открыла переход к дому мастера Дейтора. Возможно, все же не стоит откладывать визит на потом. Слишком уж сильно меня тянет сюда…
* * *Я здорова! Огромное спасибо за терпение и за теплые слова — мне так хотелось ответить добром на добро, но даже на комментарии не было сил:(
Зато теперь мы возвращаемся к привычному графику!
ваш здоровый автор:)
10.
3
Упругая преграда все так же сияла над подворьем мастера. Но… Сейчас я ясно видела свободный проход.
Отбросив сомнения в сторону, я сделала шаг вперед. И еще. И еще один. Сквозь преграду я шла так, будто пробиваюсь сквозь вязкое болото. Еще немного, еще чуть-чуть и… Да! На ту сторону я вылетела подобно пробке, выбитой из игристого вина.
И тут же запнулась о камень, рухнула на колени и рассадила ладони!
«Зато лоб уцелел», утешила я себя и медленно поднялась.
В горле стоял комок. Вот под той вишней мы пили чай, а к ее нижней ветке были приколдованы детские качели. Вон там стоял мой пони, ведь дочь окраинного барона не может пользоваться паланкином или каретой, это для неженок.
Шаг за шагом передо мной вставало мое счастливое детство.
