Если ты хочешь обрести покой, ты должна отпустить его.
Если под «он» понимался Вишес, то этому не бывать.
— Я не могу.
— Ты должна. В противном случае ты затеряешься здесь. У тебя достаточно времени, ты не сможешь быть ни здесь, ни там.
— И что случиться потом?
— Ты будешь потеряна навсегда. — Образ Ханны принял серьезный вид. — Отпусти его, Джейн.
— Как?
— Ты знаешь как. И если ты сделаешь это, то сможешь увидеть настоящую меня на другой стороне. Дай. Ему. Уйти. — Посланец или кем бы он не был, испарился.
Предоставленная сама себе, Джейн оглянулась вокруг. Туман был повсюду, плотный, как дождевые облака, и бесконечный, как горизонт.
Страх закрался в нее. Это было неправильно. Она действительно не хотела здесь находиться.
Внезапно возросло чувство крайней необходимости, будто время было на исходе, хотя она не знала, откуда это ей известно. Но потом она подумала о Вишесе. Если отпустить его означало отказаться от своей любви, этого не случится никогда.
Глава 49
Вишес мчал Ауди Джейн сквозь дождь так, будто за ним гнались черти.
Но только на полпути к Хэйверсу он понял, что ее не было с ним в машине.
Было лишь ее тело.
Единственной выделяемой энергией в закрытом пространстве была паника, лишь его сердце билось, лишь его веки моргали.
Инстинкты связанного в нем мужчины подтвердили то, что отказывался воспринять мозг: его кровь говорила ему, что ее не стало.
Нога Ви соскользнула с педали газа, и Ауди медленно остановилась. На шоссе 22 было пусто, вероятно, из-за ранней весенней бури, которая бушевала снаружи, но он бы остался прямо посреди дороги даже в час-пик.
Джейн лежала на пассажирском сиденье. Она была пристегнута, ремень безопасности держал его рубашку возле раны как повязку.
Он не повернул голову.
Он не мог взглянуть на нее.
Ви смотрел прямо перед собой, на двойную желтую линию дороги. Впереди размеренно работали стеклоочистители, их ритмичный стук напоминал старомодные часы: тик… так… тик…так…
Течение времени больше не имело значения.
Так же как и его спешка.
Тик…так…тик…
Он чувствовал, что ему тоже следовало умереть, учитывая эту агонию в груди. Он не знал, почему еще жив, ведь боль была так сильна.
Тик… так…
Впереди был съезд с дороги, а рядом, почти надвигаясь на шоссе, раскинулся лес. Безо всякой на то причины он заметил, что деревья росли очень близко друг к другу, их голые ветви переплетались, создавая впечатление черного кружева.
