— Ты же выбрала моего отца, верно? Так прости, я не восхищен.
Ее взгляд остановился на его оборудовании.
— Ты предпочитаешь столь… жесткие сношения.
— Я сын своего отца. Ты сама так сказала.
— Ты не сможешь участвовать в этой… сексуальной пытке вместе с супругой. Это будет позорно и пугающе для нее. И ты не сможешь быть ни с кем, кроме Избранных. Это будет бесчестно.
Он попытался представить отказ от своих наклонностей.
— Нужно выгуливать моего монстра. Особенно сейчас.
— Сейчас?
— Да ладно тебе, Мама.
Ты знаешь обо мне все, не так ли? Следовательно, знаешь, что мои видения иссякли, и я наполовину псих от недостатка сна. Черт, ты должна знать, что я прыгнул с этого здания на прошлой неделе. Чем дольше это продолжается, тем хуже я становлюсь, особенно когда не могу получить… разрядку.
Она махнула рукой, прерывая его.
— Ты ничего не видишь, потому что стоишь на перекрестке своего пути. Нельзя осуществить свободную волю, если знаешь конечный итог, по этой причине твоя пророческая часть подавляет себя.
Все вернется.
По какой-то безумной причине, это успокоило его, хотя он и боролся с вторжением судеб других людей с тех пор, как они стали является ему века назад.
И потом его осенило.
— Ты не знаешь, что произойдет со мной, ведь так? Ты не знаешь, что я сделаю.
— Я получу твое слово, что ты выполнишь свои обязанности на Другой Стороне. Ты позаботишься о том, что должно быть сделано там. И я получу твое обещание сейчас.
— Скажи это. Скажи, что не знаешь будущего.
Если хочешь моей клятвы, ты признаешься.
— Зачем?
— Я хочу знать, что в чем-то ты бессильна, — выплюнул он. — Значит, ты знаешь, что чувствую я.
Жар начал исходить от нее еще сильнее, пока пентхаус не превратился в сауну. Но потом, она сказала:
— Твоя судьба — моя. Я не знаю твоей дороги.
Он скрестил руки на груди, чувствуя, будто стоит на шатком стуле с петлей вокруг шеи. Мать. Твою."
"— Я даю тебе слово.
— Возьми это и прими свое назначение Праймэйлом. — Она протянула тяжелый золотой кулон на черном шелковом шнурке.
Когда Вишес взял его, она кивнула один раз, скрепляя их договор. — Я отправлюсь в путь, дабы известить Избранных. Мой секвестр кончается через несколько дней от сего. Потом ты явишься ко мне и будешь назначен Праймэйлом.
Ее черный капюшон поднялся без помощи рук. И прямо перед тем, как опуститься на ее сияющее лицо, она сказала:
— До нашей встречи. Всего хорошего.
Она исчезла без звука и движенья, растаяв в воздухе.
