Откручивая крышку, он смутно осознавал, что к нему подошли Роф и Рейдж и что-то ему говорят, но он не вслушивался.
Он хотел, чтобы Джейн заботилась о нем, и это сводило его с ума.
Ви закрыл глаза и постарался мыслить логически. Он не спал неделями. Его доставал этот постоянный кошмар. Он чуть не умер.
И он познакомился со своей мамашей.
Ви вылакал почти полную бутылку. Он был слегка неуравновешен, наверное, поэтому, он испытывал подобные чувства. Дело было не в самой Джейн. А в ситуации. Его жизнь словно фруктовый салат из разнообразной хрени, именно по этой причине его так тянуло к ней.
Потому что, ясно как день, у них не было будущего. Она относилась к нему как к пациенту и как к научной диковинке. А тот оргазм, что он почти доставил ей? Он был чертовски уверен, что если бы она не спала в этот момент, то этого никогда бы не случилось: его образ для нее был лишь женской фантазией об опасном монстре. Она не желала его в реальной жизни.
— Эй.
Ви открыл глаза и посмотрел на Бутча.
— Привет.
Коп сдвинул ноги Ви со скамейки и присел рядом.
— Боже, она потрудилась на славу с Фьюри, правда?
— Да, — Ви бросил взгляд на открытую дверь процедурной комнаты. — Чем она там занимается?
— Изучает все шкафы. Сказала, что хочет знать, что у нас имеется. Но на самом деле, я думаю, она просто зависает около Фьюри и пытается сделать вид, что это случайность.
— Ей не обязательно присматривать за ним постоянно, — пробормотал Ви.
Как только слова вырвались из его рта, он не мог поверить, что действительно приревновал к своему раненому брату.
— Я имел в виду…
— Не. Не переживай. Я понял тебя.
Бутч принялся хрустеть костяшками пальцев, и Ви мысленно выругался и подумал о том, чтобы свалить. Эти щелчки явно были прелюдией к Серьезному Разговору.
— Ну и?
Бутч скрестил руки, рубашка Гуччи плотно обтянула его плечи.
— Nada83. Ну, кроме… Я хочу, чтобы ты знал, что я одобряю.
— Одобряешь что?
— Ее. Тебя и ее, — Бутч взглянул на него, потом отвернулся. — Хорошая комбинация."
"В наступившей тишине, Ви всматривался в профиль своего лучшего друга, его взгляд скользнул по темным волосам, что падали на лоб, сломанному носу, выступающей челюсти.
Впервые за долгое время он не жаждал Бутча. Что можно было классифицировать как улучшение. Но вместо этого, он чувствовал себя еще хуже, но по другой причине.
— Ее и меня нет, дружище.
— Чушь собачья. Я видел это после того, как ты меня исцелил. И связь с каждым часом становится все сильнее.
— Ничего не происходит.
