Наложив повязку на лицо Фьюри, Джейн обвязала бинт вокруг его головы наподобие чалмы, затем сложила использованные инструменты в паровой стерилизатор. Чтобы не пялиться на нее, как одержимый, Ви принялся выбрасывать использованные шприцы, прокладки, иглы и одноразовые трубки от отсоса.
Джейн стянула хирургические перчатки.
— Давайте поговорим об инфекции. Насколько ваш вид восприимчив в этом плане?
— Не очень. — Ви опустился обратно в кресло. Не хотелось этого признавать, но он устал. Не приземлись он тогда по ее приказу, возможно к этому моменту он бы уже умирал от изнеможения.
— Наша иммунная система очень сильна.
— Ваш доктор назначил бы ему антибиотики в качестве профилактического средства?
— Нет.
Она подошла к Фьюри и посмотрела на него, как будто считывая показатели его жизнедеятельности без стетоскопа и прибора для измерения давления. Потом она протянула руку и откинула его шикарные волосы назад. Этот жест и чувство собственности, что отражалось в ее глазах, жутко раздражали Ви, хотя это не должно было его задевать.
Конечно, она проявляет к брату повышенный интерес, она же только что собрала его лицо по частям.
Но все равно.
Черт, связанные мужчины — та еще заноза в заднице.
Джейн наклонилась к уху Фьюри.
— Ты отлично держался. Все будет хорошо. Тебе просто надо отдохнуть, предоставим работать твою чудесную способность исцеления, возражений нет?
Погладив его по плечу, она выключила лампу над операционным столом.
— Боже, как бы мне хотелось изучить ваш вид.
Из угла повеяло холодом, когда Роф заговорил.
— Ни за что на свете, Док. Мы не станем морскими свинками для человеческой расы.
— Да я и не надеялась, — она окинула всех взглядом. — Я не хочу оставлять его без присмотра, так что либо я сама остаюсь здесь, либо кто-то другой. И если второе, то я хочу лично проверять его примерно каждые два часа, чтобы видеть, как он идет на поправку.
— Мы останемся с ним, — сказал Ви.
— Ты выглядишь так, как будто сейчас упадешь.
— Ни за что.
— Только потому, что ты сидишь.
Мысль о том, что она считает его слабым, сделала его голос острым как бритва.
— Только не надо обо мне волноваться, женщина.
Она нахмурилась.
— Хорошо. Это лишь констатация факта, а не волнение. Поступай, как знаешь.
А вот это больно. Да… очень больно.
— Неважно. Я буду неподалеку, — он встал и быстро вышел.
В комнате с оборудованием, он вытащил из холодильника бутылку Аквафины82 и растянулся на одной из скамеек.
