Девушка с удивлением посмотрела на настенные художества, покачала головой, пожала плечами и пошла дальше.
На перемене спросила у Томы:
– Видела?
Та скривилась:
– Да уж, как не заметить?
– И кому это надо? – удивилась наивная Зойка.
– А ты морду повыше задирай! – зло бросила Тома и проводила взглядом, полным тоски и отчаяния, Мишу Пряткина, идущего по коридору.
Зойка вздохнула и опять ничего не поняла. Что она сделала плохого? И кому?
На выпускном вечере, несмотря на все усилия и старания девочек, Зойка, конечно, была самой красивой.
Правда, поплакала неделю – платье-то у портнихи сшили, а вот на туфли и прическу не хватило.
Клара ее утешила:
– Прическа тебе не нужна – твои волосы надо просто распустить, и это будет красивее любой прически. А про старые туфли не думай – при твоей красоте на них никто и не посмотрит. Мужики на это вовсе внимания не обращают.
– А девочки? – всхлипнула Зойка.
– А они по-любому тебя не простят! – рассмеялась Клара.
– За что? – удивилась Зойка.
– За все, – с коротким вздохом ответила соседка.
– И за наивность твою и беззлобность заодно.
* * *Школу окончили – Раиса наконец вздохнула полной грудью. В Зойкином аттестате одни тройки. Наплевать! А вот что дальше? В техникум она не хотела – опять учиться? Ну уж нет! Хватит с нее страхов и унижения!
И Зойка устроилась официанткой в ресторан. Взяли ее туда с удовольствием. Клиенты – в основном мужчины с Кавказа или просто «деловые» (а кто мог позволить себе в те времена ресторан?) – мечтали сесть за Зойкины столы.
Заигрывали и предлагали счастливую, беззаботную жизнь: от ужина и поездки на море до полного содержания и даже законного брака.
Поклонники охапками дарили Зойке цветы, отсылали коробочки с золотыми украшениями и французскими духами. Она не брала ничего.
Жить стали полегче – прибавилась еще и Зойкина зарплата. Раиса брала половину дочериных денег – на хозяйство. Остальные копила ей на наряды. Зойка приоделась – платья, туфли, пальто. В ресторане всегда кто-то чем-то подторговывал.
А вот духами пользовалась польскими и сережки носила дешевые.
Тома поступила в Плехановский институт, специальность – товаровед. Мать ей говорила, что при такой профессии голодать она никогда не будет.
На курсе образовывались парочки, только Тома ходила в гордом одиночестве. Подруг у нее не было, кавалеров тоже. Иногда звала Зойку попить кофейку. Жарко рассказывала про замечательную студенческую жизнь – веселую и разнообразную.
