Долго пили чай, смотрели вечерние ток-шоу и наконец отправлялись «променадиться», как говорила моя бабушка.
Вот ей-то было не до этого – определенно.
И шли они, наши «красавицы», по песчаным дорожкам, обмахивались веточками от комаров и прочей нечисти, перебрасываясь редкими фразами. Видимо, совсем незначительными, судя по отсутствию эмоций на лицах. Раскланивались с соседями – вполне доброжелательно, что есть, то есть. И даже любовались богатыми палисадниками, с большим, надо сказать, удивлением.
Так они и прогуливались неспешно – три абсолютно нелепые и некрасивые женщины, похожие между собой так, словно их сорвали с одного обветшалого, непородистого сорнякового куста: тонконогие, широкоспинные, длиннорукие, безгрудые.
Со стертыми, равнодушными лицами и бедными волосами, забранными в одинаковые старческие пучки.
С трудом верилось, что у трех этих женщин были образованные, успешные мужья. А еще – красивые, очень.
И что самое главное – любящие и заботливые.
* * *– Боже! – пафосно восклицала Милка, моя красавица тетка, родная сестра мамы, заехавшая к нам на выходные после очередной неудачной попытки устроить свою личную жизнь.
– Ну где справедливость? – Она бросала на себя в зеркало мимолетный, очень довольный взгляд и кивала на соседний участок, наблюдая тамошнюю жизнь. – Чтобы «этим»! И – так!
Бабушка поднимала глаза и жестко пресекала Милкин пафос:
– Мозги надо иметь! А у тебя вместо них – жопа. Правда, красивая, сказать нечего. – Она принималась ожесточенно крошить свеклу на винегрет.
Моя легкомысленная тетушка весело хохотала, поворачивалась к зеркалу спиной и радостно хлопала себя по совершенно идеальным бедрам.
Потом она хватала яблоко и прыгала в кресло.
Бабушка крутила пальцем у виска и многозначительно смотрела на меня.
Тетку я любила, восхищалась ее легкостью, оптимизмом, веселым нравом и – увы – полной безответственностью. Замужем она была три раза и «все по любви», как говорила бабушка почему-то с явным осуждением.
"
"– Разве по любви – это плохо? – удивлялась я.
– В третий раз – плохо! – уверенно отвечала бабушка. – И самое главное – на этом все не закончится!
Она, как всегда, была права. Но речь сейчас, в данный момент, не о моей шалопутной красавице тетке.
Речь о наших героинях, о тех, кто на соседнем участке.
* * *Аннетка – так называла ее моя бабуля – происходила из приличной семьи земского доктора и акушерки. Жили небогато, но и не бедствовали.
