И книги кулинарные есть – всегда были.
Но – не хочет. Готовить не хочет даже для самых близких и любимых. И полы вымыть не хочет, и красивые шторы повесить. И накраситься, и похудеть неохота, и брови выщипать, и надеть новый халат – взамен старого и дырявого.
И книжки читать, в театры ходить лень – сериалы доступней. И гостей созывать хлопотно.
Ей даже путешествовать неохота.
И, кроме всех вышеперечисленных «достоинств», она еще и сплетница, злоязыкая, недобрая к людям. Завистливая. Жадноватая. Равнодушная к чужой беде.
Плачет только во время бразильских сериалов. Одним словом, совсем неважный человек. Дети ее раздражают. Подруги и соседки – тоже. Свекровь… Ту вообще глаза бы ее не видели.
И у такой женщины – прекрасный, любящий, заботливый муж. Щедрый и непритязательный. А как бы иначе он смог с ней жить, спрашивается?
Или давно со всем смирился? Или? Просто любит?
Ох, нелогичная жизнь! Нелогичная.
* * *Нет, здесь было все не так криминально. Неважных людей точно не было. А вот все остальное, увы, имелось.
Три женщины, о которых пойдет речь, были очень некрасивы… Ну просто пугающе нехороши – так, что при встрече хотелось отвести глаза. И еще задать вопрос: ну почему? Почему так несправедливо, так жестоко обошлась с ними природа?
Конечно, они не виноваты! Разумеется. И все же… Был бы у них «изюм» какой-то. Не горсть – так, пара ягод. Обаяние хотя бы. Или какая-нибудь другая особенность: остроумие, тяга к знаниям, увлечение или хобби, рассудительность, женская премудрость, пылкое сердце.
Нет. Ничего этого не было. Все три, как на подбор, скучны, вялы, однобоки и пресны.
А еще все как из одного ларца – просто хромосомное извращение.
Бабка, мать и внучка. Аннета Ивановна, Изольда Александровна и София Вячеславовна.
Серые мыши, белые моли – что там еще?
Правда, дружны, ничего не скажешь. Прогуливаются «на променаде» рядком. В основном – молчат. Говорить не о чем. Книг не обсуждают – не читают. В кино не ходят, политикой не интересуются. Субботние ужины, когда собирается вся семья, не обсуждаются тоже…
Не оттого, что возвышенны, а оттого, что плохие хозяйки.
Моя бабушка их передразнивала: «Картошку сварим. Или макароны – с ними меньше хлопот. И откроем консерву. А чаек попьем с печеньем».
И это в самые яблочные годы, когда со всех участков разносились сладкие запахи яблочных пирогов, варенья и компотов.
А они яблок даже не собирали. Приходила деревенская молочница Дуся и уносила их ведрами – на радость своим кабанчикам.
